Виктор Заярский. Размещено Т..Шипошиной Птицы вернулись

Для средней школы

   После  окончания уроков я возвратился из школы к себе домой и сразу  кинулся на балкон. А когда обнаружил свои птичьи клетки пустыми, бросил с горя в сторону портфель, заплакал навзрыд и долго не мог успокоиться.

   Бабушка вышла ко мне из комнаты, глянула на мои пустые птичьи клетки и в изумлении ахнула. Потом она обхватила голову руками и, сокрушаясь,  взмолилась:   

   -  Это я, внучок, должно быть, наделала  беды. Помню, покормила твоего Ворчуна и Белую Крапинку, а закрыть их клетки, наверное, забыла.

   - Забыла…-  упрекнул я бабушку и, пиная ногами пустые клетки, опять заплакал.

   Бабушка всплеснула руками и начала, сокрушаясь, оправдываться:

   - Дорогой ты мой внучек, не хотела я, пойми.

   - Не хотела! – опять я упрекнул её, всё ещё не в состоянии успокоиться.

   - Ну, не плачь, Сереженька, не плачь, внучек. Чего ж  теперь… - взмолилась бабушка. – Вот скоро твоя мама  возвратиться домой на корабле из Италии и, непременно,  новых птиц тебе привезёт. Не горюй, мой хороший.

   Я закрылся в своей комнате и еще долго не мог смириться с утратой.

Никакие бабушкины уговоры на меня не подействовали, когда я обнаружил свои птичьи клетки пустыми. Честно сказать, тяжело мне, в тот день, далось расставание со своими птицами потому, что я к ним привык и полюбил их.  

   Моя мама морячка. В то время она работала буфетчицей на танкере дальнего плавания. Однажды ранней весною,  после возвращения из заграничного рейса, мама привезла мне Черного ворона, которого я назвал Ворчуном и скворку, которую я тут же окрестил  Белой Крапинкой.

Мама  подобрала этих птиц в Черном море, когда они, обессиленные, после трудного перелёта, опустились  передохнуть на палубу танкера. Мама  отогрела их в своей каюте, вдоволь  накормила, напоила, а потом, когда вернулась домой из плавания, отдала их мне и сказала: «Подкорми сынок, этих птиц и, как только они окрепнут, то обязательно  выпусти их на волю».

   Мама мне долго рассказывала, что ранней весной все перелетные птицы, после зимовки в теплых странах, спешат побыстрее добраться до своих родных гнездовий. И тут на их пути, сразу за скалистыми турецкими берегами, встает труднопреодолимая преграда – огромное Черное море. Но птиц, которые устремились домой, уже ничем не остановить: ни ветром, ни снегом, ни дождем, ни морозом.

   Ранней весной мои будущие питомцы Белая Крапинка и Ворчун, как  только оторвались от турецких берегов, то их встретил сильный холодный, ветер и снежный заряд вперемежку с дождем. Мама говорила, что в такую штормовую погоду многим птицам, обессиленным длительным перелетом, далеко не улететь. Более выносливые из них, набирали высоту над грозным и опасным Чёрным морем и упорно продолжали свой тяжелый путь к себе на родину. А слабых птиц жестокий ветер прижимал к свинцовой воде, и они стаями гибли среди разбушевавшихся морских волн.

  Скворца и ворона от явной гибели спасла палуба маминого танкера, который случайно встретился на их пути.

  - Российские моряки, - говорила мама, - такой уж народ, сынок, они всегда готовы помочь всем слабым и беззащитным.

   За месяц я,  как следует, подкормил Ворчуна и Белую крапинку, но на волю выпускать воздержался и  стал обучать разным словам. Ворчун и Белая Крапинка оказались удивительно понятливыми, и мне стало жаль расставаться с этими забавными птицами. Ворчун в учёбе удивлял меня своими успехами, а Белая Крапинка немного от него отставала. Тогда я завёл тетрадь и стал каждый день проставлять каждому из них оценки за успеваемость.

   Перед началом занятий я показывал своим воспитанникам их любимое лакомство, например, заранее приготовленного дождевого червя, или ещё что - либо вкусненькое,  и говорил:

   -  Ну – ка, повторяйте за мной: «Привет, Сережа!».

   Ворчун быстро усвоил это выражение и первым выкрикивал его, торопясь склевать честно заработанное лакомство.

Тогда я наставлял нерасторопную скворку и говорил ей:

   - Вот видишь, Белая Крапинка, тебе никогда не достанется лакомство, если ты будешь такой несмелой и медлительной.

Ворчун – обжора, хитровато глядя на зазевавшуюся Белую Крапинку, каждый раз торопился с ответом.

Тогда я жестом руки его приостанавливал и просил:

   - Помолчи Ворчун,  - и тут же советовал Белой Крапинке повторить следом за мной: «Привет, Сережа!».

   - Пр-р-и-ет, Сер-ржа! – спешил опередить её невыдержанный Ворчун, торопясь заполучить очередную порцию лакомства.

   - Ну, и нахал же ты, Ворчун! Посмотри на свой клюв, какой он у тебя грязный, - стыдил я неряху ворона. – Не успел одного червя проглотить, как за  следующим лезешь!

   - Нахал! Нахал! – вдруг мне на удивление начинала верещать Белая Крапинка и торопливо склевывала червя, которого я ей подсовывал.

    В это время ненасытный и ревнивый Ворчун сердился на Белую Крапинку. Он всячески пытался своим грозным клювом отпугнуть скворку подальше от меня.

  С большим трудом я пережил осень и длиннющую зиму. Наконец – то наступила очередная долгожданная весна. После её наступления я томился и не находил себе места в ожидании возвращения своих говорливых любимцев. Я почему – то надеялся, что мои любимцы, этой ранней весной, должны, обязательно, возвратится ко мне назад.

   Частенько по вечерам я выходил на балкон и, напрягая слух и зрение, всматривался в бездонное небо.

  Однако мне приходилось улавливать только досадный шорох пожухлых листьев на земле, а высоко над землёй  я слышал, грустную перекличку журавлей, которые, после зимовки за морем, в тёплых краях, спешили к себе к местам своих постоянных гнездовий. Мне становилось обидно, что  Белая Крапинка и Ворчун никак не возвращались.

   В середине весны я приметил, что из-за Черного моря потянулись к родным берегам совсем измученные перелётом огромные стаи птиц. Одни из них подолгу кружили над моим приморским городом Новороссийском, но опускаться на землю не решались. Поэтому они с большим трудом набирали высоту над Маркотхским перевалом и летели дальше, вглубь России. Другие зависали над Колдун - горою и над Цемесской бухтой, похожей, с птичьего полета, на огромную подкову, всё - таки садились на Малую землю передохнуть и подкрепиться чем-нибудь съестным. В Новороссийске, как это бывает, в ту пору хозяйничал свирепый ветер норд-ост. А последние холода  ещё  держали землю в цепких лапах, и уступать весне свои права не собирались.

   Однажды, когда за окном бушевал ветер, я возвратился из школы домой и, в расстроенных чувствах, присел за свой письменный стол. Потом размечтался,  долго глядел в окно и думал: как там, в дальнем пятимесячном  рейсе, чувствует себя моя мама на танкере среди грозных волн, в такую погоду? И тут я обратил внимание на телеантенну соседнего пятиэтажного дома, на которую присела небольшая стайка скворцов. Лететь им, беднягам, как видно, осталось ещё немало.

   Возбужденные скворцы то взлетали, то прыгали вокруг одного из сородичей, который сидел невозмутимо на своём месте. Мне показалось, что они бранили своего опрометчивого вожака и выказывали ему своим задиристым видом негодование за то, что привёл он их сюда, из теплых краев в такой холод. Оскорбленный вожак, видимо, сознавая свою оплошность, втянул голову в шею, и сидел нахохлившись молча, как  будто не мог простить себе за то, что подвёл свою компанию.

   Я не вытерпел, вышел на балкон и стал наблюдать за скворцами в морской бинокль, который подарила мне мама на день рождения. И вдруг увидел, как черный ворон, пролетавший над этой говорливой стаей, бесцеремонно опустился рядом, на занятую ими телеантенну. Большинство испуганных скворцов закричали и поднялись в воздух. Только одни из них, как я понял самый смелый, остался  сидеть на месте, как ни в чём не бывало. Он, вроде бы извиняясь, за не гостеприимство своих сородичей, кивал ворону головой.

   Я боялся оторвать взгляд от птиц, оставшихся сидеть на телеантенне. И почему-то  решил, что среди этих птиц и мои беглецы вернулись, поэтому раскрыл балкон настежь и закричал:

   - Эй, ты, Ворчун и Белая Крапинка летите сюда, ко мне. Я вас покормлю и согрею!

   Но разве перекричишь такой ветер, как Новороссийский норд-ост.

   - Серёжа, - вдруг позвала меня бабушка из другой комнаты. Потом она подошла ко мне сзади и, глядя на меня поверх очков, строго приказала: - Ишь ты размечтался. Сейчас же иди обедать, а потом садись за  уроки!

   Я наскоро покушал и нехотя сел за письменный стол, но голова моя то и дело поворачивалась к балкону. И вдруг, не веря своим глазам, я увидел, как сизый ворон залетел на балкон и уселся напротив меня на подоконник. Он повертел головой по сторонам и выкрикнул:

   - П-р-и-ет, Сер-рёжа!

   - Ура-а! Ворчун вернулся! – закричал я от радости, подхватился с места и   бросился к балконной двери.

   Испуганная бабушка, которая сидела за швейной машинкой в другой комнате, даже со стула подскочила.

   Рядом с Ворчуном на подоконнике я увидел вдруг появившуюся Белую Крапинку, которая стучала клювом в стекло и, как прежде, верещала:

   -  Кашки, кашки, кашки!

   Я щедро рассыпал по балкону сохранившийся с осени птичий корм и начал упрекать своих любимцев:

   -  Как вам, не стыдно было на целую зиму улетать от меня? Разве я вам что-то плохое сделал, глупенькие вы мои!

   А Ворчун, как - будто не чувствуя своей вины, привычно кивнул  мне своею сизой головкой и заученно пробубнил:

   -  Пр-р-и-ет, Сер-рёжа! Пр-р-и-ет!

   Я смотрел на своих любимцев  и, со слезами на глазах, был неописуемо счастлив.

   Почти целую неделю над городом бесился свирепый норд-ост, а над моим балконом стоял веселый гомон собравшейся стаи скворцов и картавые покрикивания счастливого Ворчуна. Несколько раз я пытался заманить едой Белую Крапинку и  Ворчуна в свои старые клетки, но птицы никак не хотели туда идти. Да и понятно, они предпочли сытой неволе свободу.

   Когда над Цемесской бухтой установилась непривычная тишина, то я раскрыл балконные окна настежь. Белая Крапинка пропела мне свою прощальную песенку и улетела, вместе с подвернувшейся стаей скворцов, видимо туда, где родилась. Вслед за Белой Крапинкой неохотно поднялся в небо и Ворчун.

   А я стоял на балконе и, со слезами на глазах, провожал своих любимцев до тех пор, пока они не скрылись из виду.

                                                                                                                                                               

Результаты голосований (1)(показать/скрыть):
Голосование за переход:
Из "Золотое перо Руси 2019"
в "Золотое перо Руси 2019"
Баллы:

Уровень литературного мастерства. Соответствие содержания и формы. :
Всего 7. Средний 7,00

Оправданность цели написания. Эмоциональное воздействие. Оригинальность и увлекательность. :
Всего 7. Средний 7,00

Грамотность. Доступность восприятия (соответствие возрасту) и легкость изложения. :
Всего 6. Средний 6,00

Всего голосов :1
Всего баллов :20
Общий средний балл :20,00
У вас нет права голосования на этом этапе.


Люди в этой беседе

Комментарии (2)

  1. Марина Ламбертц-Симонова

Рассказ интересный, вызывает разнообразные чувства, сопереживание, но действительно в нем все надо перепроверить в соответствии с наукой: могут ли...

Рассказ интересный, вызывает разнообразные чувства, сопереживание, но действительно в нем все надо перепроверить в соответствии с наукой: могут ли так вести себя перелетные птицы, возможно ли им войти в чужие стаи и т.д,То есть здесь все должно быть абсолютно четко! Очень много неуклюжих слов и выражений, не хватает литературного мастерства для участия в таком конкурсе , где мастерство должно быть на особой высоте. Да и вообще для того, чтобы из воспоминания получилось литературное произведение, весь сюжет должен быть гораздо ярче, зримее, ещё острее.

Подробнее
  Вложения
  1. Евгения Шапиро

Добрый рассказ. Появился вопрос: "Мама подобрала этих птиц в Черном море, когда они, обессиленные, после трудного перелёта, опустились ...

Добрый рассказ. Появился вопрос: "Мама подобрала этих птиц в Черном море, когда они, обессиленные, после трудного перелёта, опустились передохнуть на палубу танкера.", " ...мама привезла мне Черного ворона," - Ворон тоже перелётная птица? Мне казалось, что ворону относят к кочующим, если это не Крайний Север.
Мне кажется, в рассказе надо уменьшить количество местоимений и вычитать текст на предмет запятых и др. Например, в таком предложении "А когда обнаружил свои птичьи клетки пустыми", мне кажется, что слово "свои" - лишнее.

Подробнее
  Вложения
Здесь ещё нет оставленных комментариев.

Оставьте Ваш комментарий

Добавление комментария от гостя. Зарегистрируйтесь или войдите в свой аккаунт.
Вложения (0 / 2)
Поделитесь своим местоположением