Кто же не мечтал стать волшебником?! Это так здорово придумывать и исполнять разные желания! Если бы я была волшебником, я бы... Я бы сделала всё мороженое бесплатным, чтобы дети могли есть его сколько угодно! Подумаешь – горло заболит! Ну и что, а я бы наколдовала, чтобы у детей никогда не болело горло. Или нет, пусть бы каждый ребёнок получал игрушки, о которых мечтает. Ой, когда все получат то, о чем мечтают, то, о чем они будут мечтать?

Один мой знакомый мальчик мечтал о том, чтобы у него руки стали липкими, как у человека Паука. Тогда бы он смог лазить по гладким стенам домов, цепляясь за них липкими руками. Здорово, да?

А, по−моему, гораздо лучше уметь летать. Вот, чего я хочу – летать как птица. А может лучше стать невидимкой? Ходит такой невидимка, проказничает, а его никто поймать не сумеет.

Просто голова идёт кругом: столько всего можно напридумывать! Но, увы, я не волшебник, а как бы я была рада, если бы была им.

А вот жил на свете один ёжик по имени Шляпкин, который был волшебником, но совершенно не радовался этому. Потому что волшебство происходило без его участия. У ёжика на иголках росли разноцветные шляпки. Издалека казалось, что по тропинке катится цветущий кактус, а не ёжик бежит. Совершенно беззащитный ёжик, ешь−не хочу, ведь иголки-то не колючие. И давно бы был Шляпкин съеден лисой или волком, кабы волшебные шляпки не выручали. Эти шляпки выполняли любые желания тех, кто их срывал.

Только не желания самого ёжика. Получалось очень обидно: вроде бы ты волшебник, но ни одного собственного желания исполнить не можешь!

А самому Шляпкину хотелось одного: стать самым обыкновенным ёжиком с самыми обыкновенными иголками, а не быть волшебником Шляпкиным, похожим на кактус.

«Зато ты можешь сделать окружающих счастливыми. А там, глядишь, и твоё главное желание исполнится», − говорила ёжику мама, когда он был маленьким.

Когда Шляпкин достаточно подрос, чтобы одному ходить по лесу, он всем зверям предлагал исполнить самое заветное желание для счастья.

Но почему-то никто в лесу не знал, как стать счастливым. Все терялись и не могли придумать ничего толкового.

− Если бы я мог сам загадывать желания, то я бы так и сказал: «пусть все станут счастливыми», а так какая-то ерунда получается, – думал Шляпкин.

 И, действительно, ерунда получалась…

Как-то раз встретил он лису, и быстренько, пока она не решила его съесть, предложил исполнить любое её желание, чтобы лиса счастье своё нашла.

А лиса недолго думая и говорит:

− Хочу, чтобы куры из ближайших сёл в лесу жили, а то по курятникам лазить тяжело, да и опасно.

− А ты уверена, что именно это тебе для счастья надо? –засомневался Шляпкин.

−Конечно, да и моё счастье − не твоя забота, ёжик, что хочу, то и желаю! − ответила лиса и сорвала шляпку с иголки.

В ту же минуту лес наполнился кудахтаньем, писком и кукареканьем встревоженных куриных семейств. Множество перепуганных кур в панике носились по полянкам, застревали в кустах, проваливались в овражки, отчаянно хлопали крыльями, пытаясь взлететь на ветки деревьев.

У лисы хищно загорелись глаза, она мгновенно подскочила к зазевавшейся молоденькой курочке и схватила её. Но не тут-то было. Несколько петухов сразу заметили хищницу и кинулись спасать подружку. Они храбро наскакивали на лису, стараясь поранить шпорами, клевали её острыми клювами, так больно, что рыжей злодейке пришлось бросить курочку и бежать, спасаясь от разъяренных птиц.

Но самое интересное случилось позже. Оказалось, что курам понравилось в лесу, и они решили остаться жить вольной, лесной жизнью. Дело было в начале лета, корма в лесу хватало. Для защиты от хищников куры собрали боевой отряд петухов, которые бесстрашно бросались на каждого, кто пытался приблизиться к куриной стае. Особенно часто доставалось лисе. Уже не она охотилась на кур, а петухи на неё охотились.  Поскольку яйца у кур теперь никто не забирал, наседки стали высиживать цыплят. И к концу осени кур в лесу стало так много, что лесные жители уже не знали, куда от них деться. Куры, как саранча, поедали всё, что им попадалось на пути. Они разоряли мышиные норы с запасами зёрен, не подпускали белок к семенам, склёвывали у ежей насекомых во время ежиной охоты, даже у кротов иногда отбирали червяков. Казалось бы, зверям в самый раз обратиться за помощью к ёжику. Но лиса бегала по лесу и всем рассказывала, какой Шляпкин ужасный волшебник:

− Что же получается, из−за Шляпкина мне теперь хоть из норы не вылезай! Куда не пойду – везде эти ужасные, злые куры. Этот горе−волшебник сделал меня самой несчастной лисой на свете, − жаловалась лиса. И звери ни о чём не просили ёжика, который давно бы удалил кур из леса, если бы хоть кто-нибудь сорвал шляпку с иголки.

Самому Шляпкину тоже было грустно. Многие друзья перестали с ним здороваться, а другие звери, завидев ёжика, шептались; «ах, это тот самый ёжик, который навлёк беду на наш лес» и обходили его стороной. «Как же так?»,−думал Шляпкин. − «Хотел сделать счастливой лису, а она несчастна. А ведь, если бы лиса хорошенько подумала, то могла бы просто попросить получать на обед по курочке в день. Зато теперь счастливы куры, правда от их счастья остальным только неприятности».

Однако Шляпкину всё-таки удалось спасти лесных обитателей от незваных гостей. Куры сами явились к ёжику, как только начались первые заморозки, да и с едой в лесу туго стало. Ёжик думал, что они хотят поблагодарить его за то, что в лесу живут, но ошибся.

− Это ты виноват, что мы здесь голодаем и мёрзнем, а уйти не можем! – закудахтали куры, обступив Шляпкина. – Отправляй нас обратно в курятники, а не то заклюём!

Они так расшумелись, что не слышали, как ёжик предлагал им сорвать шляпку с иголки.

− Замолчите, а не то я вас в жаб превращу! – закричал Шляпкин, и только тогда испуганные куры выслушали ежика, а затем самый смелый петушок сорвал шляпку с иголки, и желание кур вернуться домой исполнилось.

 После избавления от вредных кур лесные жители стали относиться к Шляпкину лучше, а потом стали обращаться за исполнением заветных желаний: кто же не хочет стать счастливым?

Хотят-то все, а вот как это сделать, мало кто знает.

Как-то раз приходит медведь к Шляпкину и говорит:

− Хочу, чтобы пчёлы сами мёд ко мне в берлогу приносили!

− А ты хорошо подумал? Это тебе для счастья надо? – спрашивает ёжик медведя.

− А не твоя забота моё счастье, − проревел косолапый и шляпку с иголки сорвал.

И вправду пчёлы стали приносить мёд прямо в берлогу к медведю. Только попробовать мёд медведь так и не смог. Не подпустили его пчёлы к мёду. Да что там не подпустили, из берлоги выжили, улей там сделали. А мишка весь покусанный приковылял к Шляпкину:

− Это ты меня сделал несчастным медведем, дома лишил. Вот раздавлю тебя лапой, всем только легче станет.

Еле уговорил ёжик медведя новую шляпку с иголки сорвать и пожелать, чтобы всё как прежде стало.

«А ведь медведь мог попросить получать горшок с мёдом каждый день», − подумал Шляпкин. − «Эх, не удалось мне его счастливым сделать».

А потом подружка Шляпкина белка чуть было не поссорилась с ним на всю жизнь.

− Ты, − говорит, −  всем помогаешь, а мне помочь не хочешь, а ещё друг называется.

− А разве ты не счастлива? Скачешь себе по деревьям, орешки да семена собираешь, с подружками белками играешь, чем не счастливая жизнь? – удивился ёжик.

− А ты знаешь, сколько мне нужно деревьев обегать, чтобы орешки найти или шишку с ёлки сорвать? Есть ведь белки, которые быстрее меня по деревьям скачут, да ловко у меня перед носом шишки срывают! – пожаловалась белка. − Хочу, чтобы у меня в дупле орехи и шишки не переводились!

И сорвала шляпку с иголки, ёжик даже не успел её спросить, хорошо ли она подумала прежде, чем желание загадывать.

Желание белочки исполнилось. Стала она в дупле сидеть, да орехи щёлкать целыми днями. Даже с дерева не спускалась с ёжиком поболтать.

Растолстела белка, ленивой стала и однажды неловко прыгнула на тонкую веточку, та под ней и сломалась. А сама белка упала и лапку сломала.

− Это ты, Шляпкин, виноват во всём!  Нужно было предупредить меня, что желание моё никудышное, а ты промолчал. Не буду больше с тобой дружить!

− А ты шляпку сорви и попроси, чтобы лапка зажила, − сказал ёжик.

− Ой, а я не догадалась, ладно, прощу тебя, Шляпкин, на этот раз, но в следующий раз не жди прощенья, − согласилась белка и сорвала шляпку с иголки. И лапка мгновенно зажила.

− А может и прежнее желание отменим? – предложил ёжик.

− Нет, ни за что! Просто я постараюсь есть поменьше, − возразила хитрая белочка.

− Так теперь ты станешь счастливой?

− Поживём – увидим! – с сомнением ответила толстая белка, неуклюже вскарабкалась на дерево и скрылась в дупле.

Но самая печальная история произошла с волком. Казалось бы, самый страшный зверь в лесу, все его боятся, слушаются, лишь бы только не съел, а вот тоже захотел, чтобы Шляпкин его заветное желание исполнил.

− Надоело мне, ёжик, за зайцами гоняться, лапы сбивать. Пусть теперь живут у меня в загоне и не смеют убегать. Вот счастье мне и будет. Зайчатинкой питаться буду.

Ёжик не посмел возразить волку, рассердить побоялся и позволил шляпку с иголки сорвать.

Бедные зайцы! Запищали, закричали, заплакали, но все до одного побежали к волку в загон. Сидят в загоне, дрожат, а уйти не могут, волшебство держит. Все зайцы там. Нет, постойте, одного не хватает!

Повезло косому: пока бежал, лапка в щели на поваленном дереве застряла. Плачет заяц и от боли, и от страха. Услышал его Шляпкин, поспешил на помощь.

−Давай, зайчик, шляпку с иголки поскорее сорви и пожелай, чтобы лапка твоя освободилась, да и здоровой осталась, − предложил ёжик.

А заяц умным оказался.

− Если я лапу освобожу, то сразу волку в лапы и попаду. Съест он меня тогда! А давай я сначала пожелаю, чтобы волк добрым стал и зайцев полюбил, а потом и лапу спасать будем!

− Конечно! – согласился Шляпкин. − Можешь и две шляпки сорвать, мне не жалко.

Так заяц и сделал. Он и не две, а три шляпки совал с иголок. Третьим желанием было в загон к волку не попадать. И сразу же умчался в лес, забыв даже поблагодарить ёжика.

А Шляпкину действительно не было жалко волшебных шляпок, потому что ёжик надеялся, что когда-нибудь они закончатся, и он станет простым ёжиком. Но, увы, на месте сорванной как назло вырастала новая шляпка.

«Это потому, видно, что никто до сих пор так и не стал счастливым», −думал он.

Тем временем волк спешил к своему логову, где в загоне сидели несчастные зайцы.

«Ох, и наемся я зайчатины!» − мечтал он, предвкушая вкусный обед, но, приблизившись к загону, вдруг почувствовал, что ему вовсе не хочется есть этих прекрасных, милых зайчиков.

Напротив, волк подумал, что зайцы наверняка проголодались, и поспешил на лужайку, где росла заячья любимая трава. Там он набрал охапку травы и принёс её в загон:

− Вот я травки вам принёс, ешьте, косые, на здоровье!

− Откормить на убой нас хочешь, чтобы пожирнее были? – возмутились зайцы.

− Нет, что вы, разве можно обижать таких славных пушистиков! Да я сам загрызу всякого, кто посмеет вас обидеть! – воскликнул волк, оставил траву в загоне, а сам отошёл в сторонку и с умилением наблюдал, как зайцы едят траву.

«Не понимаю, как я раньше мог охотиться на этих чудесных малышей!» − думал волк.

Прошло несколько дней, и зайцы поняли, что волк не только не собирается их есть, но сам их сытно кормит, да ещё и охраняет от лисы и сов.

Понравилось им жить в загоне, понравилось, что волк им служит, и зайцы загордились;

− Видимо мы особенные зайцы, даже волка сумели приручить!

И стали они у волка требовать деликатесов разных: то картошечки в поле накопай, то огурцов принеси, то ягод собери.

А принесёт – носом крутят: мол, не то просили.

А волк все их прихоти выполняет. Похудел, осунулся волк, шерсть клочьями выпадать стала, а всё для зайцев старается.

Ему бы к Шляпкину пойти − зайцев отпустить, да не может: привязался к косым всей душой. А зайцы и сами уходить из загона не желают: кому охота лишаться безопасной, сытной жизни? Упитанными стали зайцы, шерсть лоснится, щёки из−за спины видны, бегать почти разучились.

Никто не знает, чем бы это всё закончилось, если бы тот самый умный заяц, что на свободе остался, не вмешался.

Пришёл он к Шляпкину и говорит:

− Что же это получается? С таким волшебством в лесу скоро зайцы переведутся! Да и доброго волка жалко, погибнет бедолага! Давай-ка, ёжик, зайцев из загона выгоним, а волка… Нет, снова волка злым делать не надо! Пусть-ка лаять научится, да к людям идёт служить. И накормят его, и нам спокойнее в лесу будет.

− Хорошее решение! –обрадовался Шляпкин. − Срывай шляпку поскорее, или две на всякий случай!

Так и сделали. Не сразу зайцы вернулись к прежней жизни, отвыкли сами корм добывать, похудеть пришлось. Но постепенно всё стало на своё место.

А волк? Волк живёт теперь у людей. Хорошая собака из него получилась. И кормят его хорошо. Но, бывает, тоскует серый по вольной жизни и изредка воет на луну.

А наш Шляпкин всё мечтал, что кого-нибудь счастливым сделает. Но не получалось, хоть многие звери приходили к нему желания исполнять.

А поскольку желания нелепыми были, от их исполнения никто счастливым не становился.

Вот, например, кабанчик пожелал, чтобы жёлуди на дубах большими, как ананасы стали. Съел парочку − сыт неделю.

Конечно, ничего хорошего из этого не вышло. Много тогда зверей пострадало от ушибов, когда огромные, тяжёлые жёлуди стали падать на землю.

Сам кабанчик огромную шишку на голове получил. Неделю лечился, не мог до Шляпкина дойти, голова болела.

И все в своих несчастьях ёжика винили. Загрустил Шляпкин, стал от лесных жителей прятаться даже, чтобы глупые желания не выполнять.

А однажды решил уйти из леса насовсем куда глаза глядят.

«Вдруг встречу кого-нибудь по дороге и счастливым сделаю…» − подумал ёжик и отправился в путь.

Шёл−шёл и пришёл на окраину леса, а там полянка чудесная была. Решил Шляпкин привал устроить. Лёг на травку, лапки задрал, на солнышке греется, цветами любуется.

А среди цветов мотылёк порхает. Красивый, весёлый мотылёк присядет на цветок, нектару напьётся и песенку поёт.

Не удержался ёжик, захотелось ему что-нибудь хорошее сделать для симпатичного мотылька, вот и спросил его:

− Мотылёк, мотылёк, а что тебе для счастья нужно? Я могу тебе помочь − выполнить заветное желание. Сорви шляпку с иголки, и оно сбудется.

− А мне ничего не нужно, − отвечает мотылёк. – Я и так счастлив! Спасибо тебе, ёжик, что предложил!

Удивился Шляпкин:

-Как же так? Всем для счастья что-то нужно! И благодарить меня не за что.

− Солнышко светит – счастье! Цветы распустились – счастье! Летать и радоваться жизни – счастье! Счастье – везде!

− А дождь пойдёт, цветы завянут, тоже радоваться будешь?

− Я буду радоваться тому, что дождь когда-нибудь кончится, солнце снова засветит, тому, что цветы останутся в моём сердце, а придёт время, расцветут новые цветы!

− А если не будет новых цветов, если ничего не будет, ты будешь счастлив?

− Конечно! Ведь счастье внутри, а не снаружи. А тебе, ёжик, что нужно для счастья?

Шляпкин чуть не подпрыгнул от неожиданности. На самом деле ему и в голову не приходило рассказать даже своей подружке белочке о своей мечте стать обыкновенным ёжиком: стыдно признаться было, что волшебник ёжик сам несчастлив.  Да никто до сих пор и не интересовался, что нужно самому ёжику для счастья, поэтому он засмущался:

− А зачем тебе это знать, мотылёк? Тебе и без моего счастья хорошо.

− Когда счастлив сам, хочется, чтобы и другие тоже были счастливыми.

И тогда Шляпкин решился:

− Не хочу я носить на себе эти волшебные шляпки, никому от них проку нет.

− Так давай я тебе помогу от них избавиться! – и мотылёк сорвал с иголки ёжика самую маленькую шляпку. – Пусть с иголок ёжика исчезнут волшебные шляпки!

Так и случилось. А мотылёк сразу улетел, напевая весёлую песенку. Шляпкин даже поблагодарить его не успел.

Поглядел ёжик на своё отражение в луже: увидел, что шляпок больше нет, обрадовался. Посмотрел вверх, а там небо синее−синее, и солнышко сияет – вот счастье-то!

Посмотрел на лужайку – красота: травка зелёная, ромашки белые покачиваются, колокольчики вот−вот зазвенят под ветерком – счастье!

Задумался Шляпкин: «Интересно, я счастлив оттого, что желание сбылось, или просто так?»

А потом догадался: это мотылёк поделился с ним своим счастьем! Научил быть счастливым. Это, оказывается, так просто!

Поделившись с друзьями, вы помогаете нашему движению
Прочитано 174 раз

Последнее от Елена Овсянникова * Редактор портала. Член правления ТО ДАР.