Подготовила Екатерина Лазаренко

 

 

 

 

Дорогие читатели, сегодня мы представляем Вам еще одного нашего автора и к тому же редактора электронного журнала «Брайлинка» Людмилу Колесову (Тюрикову).

Людмила родилась и живет в Калуге. О родном городе она рассказывает с большой любовью и теплом на своем творческом сайте http://lkolecova.narod.ru/, где читатели смогут найти много интересного и познавательного. От волшебных невероятных историй до увлекательного учебника немецкого языка…

А теперь,  по уже сложившейся традиции, мы даем слово нашему автору.

Итак, знакомьтесь…

 

Писать сказки для детей начала в 1993 году, и почти сразу стали печатать в калужских газетах. В то время в каждой газете были странички с короткими произведениями для детей. На сказки, тем более с авторскими иллюстрациями, всегда был спрос.

Также пробовала себя в качестве сценариста. В то время я работала в школе, и под Новый год там иногда шли представления по моим сценариям. Кроме того, подрабатывала внештатным сценаристом на ГТРК-Калуга, где выходила детская передача «Пятнашка». По моим сценариям ставились представления в городском парке и школе искусств.

Дефолт 1998 года внёс серьёзные коррективы в мою творческую жизнь. На телевидении закрылась передача «Пятнашка», а из газет исчезли детские странички. С тех пор лишь в одной из газет возродилась страничка для детей, однако литературные произведения в ней не печатаются.

Поэтому в новом веке с бумажными публикациями у меня негусто, да и то преимущественно в других городах. Из последних – десять сказок в двух сборниках издательства «Мамины сказки» (Челябинск), повесть для подростков «Тайна разбойника Юраса» в журнале «Юный следопыт» (Москва). В 2014 году мои произведения вошли в длинный список конкурсов «Новая детская книга» издательства «Росмэн» и короткого детского произведения издательства «Настя и Никита».

В 2002-2003 годах под Новый год шли представления по моим сценариям сразу в двух дворцах культуры. Надо сказать, сценаристу требуется стальная выдержка и умение принимать трактовку режиссёра и исполнителей, отличную от собственного видения. Эти минусы с лихвой окупаются возможностью наблюдать таинство оживления, создания наяву сказки, рождённой одной лишь твоей фантазией. Твои образы вдруг становятся реальностью, причём ещё задолго до премьеры. Весь трёхэтажный дворец культуры только и говорит, что о персонажах твоей сказки, называя их по именам, словно реальных людей. То тут, то там обсуждают их костюмы и реквизиты, жесты и реверансы, танцы и песни. И вдруг замечаешь, что весь коллектив уже живёт в этой сказке. Аплодисменты зрителей не только в конце, но и по ходу спектакля – это мгновенная обратная связь, важный индикатор для сценариста. Но привыкнуть я к ним не успела. Снова вмешался неумолимый форс-мажор: после «Норд-Оста» и затем трагедии в Беслане вышел запрет на массовые детские мероприятия. Пока он действовал, коллективы распались. Каждый занялся чем-то другим. И я не исключение. Среди прочего, осуществила давнишнюю мечту - написала и оформляю учебник по немецкому языку в форме сказки-комикса для начинающих http://kindercomic.ru.

В моих сказках встречаются порой весьма необычные герои, и характеры у них своеобразные. Поэтому многих из них я пытаюсь представить в иллюстрациях. Иногда это даже не полные иллюстрации, а всего лишь портреты героев.

Когда Леонид Брайловский предложил мне редактировать журнал «Брайлинка», согласилась не раздумывая. Во-первых, потому что кто-то должен это делать. Во-вторых, не каждый автор владеет необходимым пакетом графических программ. И наконец, мне это просто интересно. Первый блин, как известно, выходит комом, и мои первые выпуски не оказались исключением, за что прошу прощения. Но я стараюсь и надеюсь, что каждый последующий номер получается немного лучше. На каждый номер журнала уходит по месяцу работы. Но если авторы вспомнят о редакционном портфеле «Брайлинки», то, это ускорит работу и, возможно, прибавит шансов желающим опубликоваться на виртуальных страницах журнала.

Ваша Людмила


***

Антошка Завирака в царстве Нептуна

Отрывок из сказочной повети-сериала

«Приключения Антошки Завираки»

И тут, на самом интересном месте, Машка и заявляет, сморщив свой конопатый нос:

─ Фи! Так ты всё это выдумал! Так мы тебе и повелили!

А Мишка её поддерживает:

─ Лучше сам так и плизнайся, что ты всё это плидумал.

О, неблагодарные! Антошка-то старался, расписывал. Сказали бы «спасибо», что не «Курочку Рябу» им рассказывал! Да, к тому же, он уже в роль вошёл ─ и вдруг такая чёрная неблагодарность!

─ Я?! Придумал?! – возопил Антошка и возмущённо выкатил свои глаза. ─ Посмотрите в мои честные зелёные глаза! Разве могут они врать?!

А Мишка ему в ответ, выставив ножку:

─ А то нет! Всё это влаки-завилаки!

─ О, морской дьявол! Да провалиться мне на этом месте, если это враки! И пусть проглотит меня акула! – возопил Антошка громче прежнего и топнул по палубе ногой.

Ох, лучше б он этого не говорил и ножкой не топал, потому как действительно в тот же миг и провалился. Близнецы, вытаращив глаза и разинув рты, разом наклонились над тем местом, где только что стоял Антошка Завирака, но ничего не увидели, ни малейшей дырочки. Только лбами стукнулись. Словно его и не было!

Антошка же стремительно пролетел сквозь несколько палуб, одну за другой, а затем и сквозь днище корабля, не оставив после себя нигде ни малейшего отверстия. И вот он медленно погружался в морскую пучину. Шлейф пузырей ещё связывал его с солнечным светом, с которым Антошка обречённо прощался. И он завидовал своим пузырям, всплывавшим на поверхность! Тень от корабля становилась всё меньше и удалялась без Антошки Завираки. А над ним смыкались волны, всё плотней и темней.

Наконец оказался Антошка на дне морском посреди невероятной красоты кораллов. И каких только цветов и оттенков кораллов он там не увидел! И розовые, и бирюзовые, и красные, и голубые, и пурпурные, и белоснежные. Целый коралловый сад! Одни кораллы в форме цветов, другие по форме кусты напоминают, ну, а третьи ростом с деревья. А среди кораллов колыхались сине-зелёные водоросли. Это было очень красиво, и умирать Антошке совсем не хотелось.

Вдруг вокруг Завиракиной талии обвилось фиолетовое щупальце. Не успел он даже ойкнуть, как щупальце рывком утащило его в сумрачную подводную пещеру. Антошка сжался в комочек, снова прощаясь с жизнью.

─ Ага, попался! - проквакало нечто, крепко зажавшее Антошку, и моргнуло жёлтыми глазищами прямо перед его носом. ─ Вот устро-оим теперь поте-еху!

Похоже, чудовище глотать его не торопилось. Вместе со своей добычей оно вынырнуло из пещеры, и Антошка его наконец-то разглядел. Это был огромный осьминог. Он проплыл с Антошкой над садом и нырнул в высокий дворец-грот без стёкол в окнах и без дверей.

Стены этого ажурного дворца были инкрустированы перламутром и переливались нежными голубовато-зелёными и розовыми оттенками. Пёстрые рыбы сновали под его сводами, заплывали и выплывали не только через дверные проёмы-арки, но и через оконные.

На троне в большом зале, окружённый стайкой ярких придворных рыб, восседал морской царь Нептун. Словно с картинки сошёл: с буйной бородой, в короне, с трезубцем в мускулистой руке и с рыбьим хвостом. Справа к трону прислонился Дельфин, а слева постоянно шныряла взад-вперёд Акула, то прячась за трон, то выглядывая из-за него.

Осьминог поклонился царю. Щелчком щупальца подтолкнул Антошку, словно муравья, к подножью трона.

─ Ваше Морское Величество! Новая добыча.

─ Хорошо, потешимся, - молвил морской царь с довольной улыбкой.

По-царски не спеша, разглядел он пленника и спросил:

─ Как зовут тебя?

─ Антошка Завирака, ─ еле вымолвил заробевший мальчик.

─ Почему же Завирака?

─ Меня так прозвали.

─ За дело, небось? ─ нахмурился Нептун.

─ За дело, за дело, ─ закивал Антошка в раскаянье.

Морской царь покачал лохматой головой. Покачал своим носом и Дельфин. Ухмыльнулась Акула, искоса глянув на Антошку недобрым глазом.

─ А к нам как попал? ─ допрашивал Нептун.

Честно рассказал Антошка, как дело было, как он с три короба наплёл, а потом ногой топнул и провалиться пообещал. Царь слушал, подавшись вперёд ─ так интересно ему было. А, выслушав, откинулся на спинку трона и захохотал. Схватился Дельфин плавниками за живот и тоже засмеялся. Залились смехом придворные рыбки, трепыхая плавничками, вздрагивая хвостами. Хрипло захохотал да заохал позади Антошки Осьминог:

─ Я и есть Морской Дьявол!

─ Не откажусь от такого ужина, ─ криво ухмыльнулась Акула.

─ Значит, по собственному желанию к нам попал, ─ сказал Нептун, насмеявшись вволю. ─ Но знай, у нас тут свои законы. ─ Нептун указал на огромные песочные часы. ─ Здесь время твоей жизни, Антошка Завирака. Оно ещё не истекло. Но теперь оно в моих руках. По нашим законам, я назначаю тебе испытания. Если ты их выиграешь, дарую тебе жизнь и верну к людям. А если проиграешь, ─ оставлю у себя придворным завиракой.

─ Он сам хотел, чтобы я его проглотила, Ваше Морское Величество, ─ дерзко возразила Акула. ─ Если проиграет, он должен достаться мне.

─ Пока я тут Царь, последнее слово за мной. Да он ещё и не проиграл, ─ резко осадил её Нептун. ─ Итак, на время испытаний я останавливаю часы, ─ трезубцем своим опрокинул Нептун часы плашмя на пол. Песок перестал сыпаться. ─ По традиции, первое испытание, ─ гонки! ─ провозгласил Нептун.

Придворные пришли в восторг, захлопали плавниками, затрепыхали хвостами.

─ Держу пари, он выиграет, ─ сказал Дельфин.

─ Нет, проиграет, ─ взвизгнула Акула.

─ Увидим, ─ прервал их спор Нептун и хлопнул в ладоши.

 

 

Антошка Завирака в Тридевятом царстве

Отрывок из сказочной повети-сериала

«Приключения Антошки Завираки»

А в это время царь и Антошка уже были под стенами кремля. Увидев их, два стражника у ворот скрестили алебарды.

─ Стой, кто идёт!

─ А ну, смиррно! Государь идёт, ─ рявкнул царь, задрав бородку.

─ Проход закрыт.

─ Государю всюду открыт. Вы что, царя не узнаёте?

─ Приказ не пущать, ─ упрямились стражники, глядя прямо перед собой.

─ Чей приказ?

─ Начальника стражи.

─ Да как он смеет! Меня, царя Еремея!

Тут произошло что-то непонятное Шапки стражников, словно живые, налезли им на глаза, сначала одному, затем другому, а алебарды сами собой раздвинулись.

─ То-то же. Не забывайте, братцы, кому присягу давали, ─ смягчился царь, с достоинством проходя в ворота.

За кремлёвской стеной оказалось много богатых палат и теремов, один другого затейливей. Антошка во все стороны головой крутил, не зная, какой вперёд рассматривать. Не встретив ни одной души, добрались они до царских плат. Стояли они особняком на широкой площади и были краше всех. При них же находилась и боярская дума. Именно туда и устремился царь.

─ Перво-наперво разберусь с боярами, с этими бездельниками. Как такое допустили? ─ пыхтел царь, поднимаясь по высокому крытому крыльцу.

Отворил он дверь ногой, а в думе-то пусто. Ни бояр, ни писарей, одни пустые лавки вдоль стен.

─ Где дума? Где бояре? – топнул царь ногой, и гулкое эхо прокатилось под сводами зала.

В дальнем конце на троне кто-то кашлянул. Царь вздрогнул и заметил Соловья-разбойника, сидящего на его царском троне!

─ Как ты смеешь, холоп! Прочь отсюда, самозванец! ─ вскричал царь в гневе великом, и эхо загрохотало, вторя ему.

Соловей-разбойник поднялся с трона, развернул молодецкие плечи и, бряцая оружием, не спеша приблизился к царю.

─ Стража! – испуганно вскрикнул царь. Да и Антошка за него испугался. Подле Соловья-разбойника, высокого и могучего, как скала, царь казался игрушечным.

─ Я начальник стражи, ─ завис над царём Соловей-разбойник, каменными бицепсами поигрывая.

─ Молчать, самозванец!

─ Я не самозванец, ─ сощурил Соловей-разбойник и без того узкий глаз. ─ Вашим указом высочайшим назначен был, думой утверждён.

─ Где бояре? Почему дума не заседает?

─ Дума на каникулах, бояре по своим вотчинам разъехались.

─ Воевода! – крикнул царь.

─ Воевода с войском богатства Кощея Бессмертного отвоёвывает, в казну прибавку.

─ Где дочь моя, Марья-царевна, наследница?

─ В светёлке у себя, где ж ей быть, ─ хмыкнул Соловей-разбойник как-то малопочтительно.

─ Зови к царю-батюшке.

─ Придёт, ─ отвечал Соловей-разбойник, с места не сдвинувшись.

─ Немедля! – задрал царь бородёнку, нахмурившись.

─ Чуть опосля, ─ отвечал лениво Соловей-разбойник. – Сейчас Марья-царевна занята.

─ Занята? Чем же это она занята?

─ Подвенечный наряд примеряет.

─ Ка-ак подвенечный? – раскрыл царь рот и даже присел. – С кем же это она под венец собирается?

─ Со мной, царь-батюшка.

─ Ккто ты таккой?

─ Начальник стражи.

─ Стража!

─ Я начальник. А мои подчинённые к свадьбе ковровые дорожки выколачивают.

И впрямь за окном раздавались хлопки.

─ К свадьбе! – возмущался царь. – Без моего отцовского благословения! Не бывать этому! Ну, я с ней поговорю! – царь подхватил подол и устремился в светёлку к дочери.

Но Соловей-разбойник, огромный и сильный, сделал всего один шаг и перегородил ему дорогу.

─ А вы благословите, ббатюшка, коли вернулись, ─ сказал он твёрдо и значительно. И так страшно это слово выговорил, «ббатюшка», с презрением и превосходством. У Антошки даже мурашки по спине побежали.

─ Не видать тебе моего благословения! – кипятился царь, пытаясь, словно мелкая букашка, обогнуть гору мышц.

Глянул на него Соловей-разбойник недобро, обнажил передние зубы и свистнул. Что это был за свист! Царь отлетел в дальний конец зала и припечатался к трону. Антошка же долетел до первой колонны и, ударившись об неё головой и спиной, сполз на пол. В голове у него зазвенело. Но оказалось, это звенела не голова, а царская корона. Свалившись с царской головы, она с жалобным звоном катилась по полу. Соловей-разбойник поднял её и спрятал под чёрным плащом.

И тут на пороге предстала сама Марья-царевна, румяная и статная, с длинной косой пшеничной, в васильковом сарафане.

─ Что за шум? – спросила она, глядя вокруг невидящими глазами. ─ Милый, неужто враг какой в наши палаты пробрался?

─ Да так, один старикашка нищий по ошибке забрёл и воду мутит, отвечал ей Соловей-разбойник.

Царь попытался приподняться на троне, но не смог преодолеть нечеловеческую силу, что его удерживала.

─ Доченька, Марья-царевна, это я, твой батюшка вернулся, ─ пролепетал он, сам себя еле слыша.

─ Что говорит этот старикашка? ─ перевела Марья-царевна взгляд на Соловья-разбойника.

─ Что он знавал твоего покойного батюшку, царевнушка, ─ объяснил ей Соловей-разбойник, страшно зыркнув на царя.

─ Доченька, не слушай его, ─ залепетал царь. – Это я, твой батюшка, и есть!

Но, не внемля отцу, отвечала Марья-царевна Соловью-разбойнику, словно приворожённая:

─ Ну, мало ли что говорит. А всё ж не гони его, пусть погостит у нас.

─ Какая ты добрая, царевнушка, Я прикажу, чтоб его покормили. В людской. Объедками с нашего стола. А тебе, пожалуй, пора к себе, царевнушка. Чай, после свадьбы оба на престол взойдём. Уж ты обо всех нарядах позаботься.

Царевна удалилась. А Соловей-разбойник прорычал:

─ Или ты, старик, завтра при всей толпе придворных отречёшься от престола и благословишь нас, или горько пожалеешь. В другой раз тебя в лес не отправлю, а сразу… ─ он выразительно положил руку на рукоять своей кривой сабли. – И царевича твоего прежде тебя, ─ метнул он жуткий взгляд на Антошку.

─ Это не сын, ─ встрепенулся царь, ─ холоп мой. Он ни при чём. Не тронь его!

─ Сначала на тебя посмотрю. Как ты, так и я, ─ оборвал его Соловей-разбойник. – Сидеть здесь тихо. Сейчас писаря какого-нибудь найду – отречение подпишешь. И тогда даже покормить прикажу, обоих.

Соловей-разбойник по-хозяйски прошагал к выходу, притворил двери и грякнул снаружи тяжёлым засовом.

Царь сидел на троне, словно расплющенная пластилиновая фигурка.

─ Что делать-то будем, ваше величество? – тихо спросил Антошка, присев на ступеньке подле трона.

Царь тяжко вздохнул и пригладил жиденькие волосёнки.

─ Какое уж тут величество… Но подписывать отречение не стану! Пусть хоть зарежет, ─ царь гордо и решительно вытянул тощую шею.

«Да-а, сходил по грибы»,─ подумал Антошка. Тоскливо стало на душе. Вспомнились друзья. Поди, полные корзинки грибов нашли да его ищут. А родители! Как они без него? Уж больно не хотелось умирать, так рано и так нелепо. Тоже мне, холоп-царевич.

─ Надо что-то придумать, чтоб не зарезал, ─ тряхнул Антошка рыжими кудрями.

─ Да что тут придумаешь! Я в его власти. Но не подпишу ни за что!

─ Не отчаивайтесь, царь-государь. Баба Яга скоро на подмогу придёт.

─ И войско моё с Воеводою. Если успеют, ─ вздохнул царь и чихнул.

─ Будьте здоровы, ваше величество, ─ отозвался Антошка. – Раз вы чихнули, значит, точно успеют.

─ Я не чихал. Это ты чихнул. Ну, всё одно, хорошая примета.

─ Как это, я? – Антошка недоумённо посмотрел на царя. – Я же сам слышал, как вы чихнули.

─ Что ты мне голову морочишь! – рассердился царь.

Антошка пожал плечами и замял этот вопрос. Может, у царских особ так принято, не признаваться в том, что они чихают, как простые смертные.

─ Значит, надо продержаться до прихода войска, ─ сказал он вслух. ─ Надо что-нибудь придумать.

Но Антошке не думалось, то есть думалось только о том, какой он несчастный. Но сильней всего - как он голоден, потому что у него урчало в животе. Тут он вспомнил про бутерброды в корзинке, достал их и предложил царю.

─ Бутерброды будете, ваш-величество?

─ Что?

─ Бутерброды, ─ Антошка протянул царю.

─ А─ а, хлеб с сыром? Ну, так бы и говорил. А то «бутыброды» какие-то. Я и так пуганый ─ Баба Яга меня пиявками да мухоморами накормить норовила. Давай сюда, – оживился царь. ─ С утра маковой росинки во рту не было. Хм, кроме лягушачьей лапки.

─ А вот ещё чай горячий, ─ Антошка достал термос.

─ Почему он у тебя горячий?

─ Потому что в термосе.

─ Это что за штука такая? А ну, покажи.

Антошка налил чай из термоса в крышку и протянул царю. Очень удивился царь. И принялся он термос крутить да рассматривать, да расспрашивать, чуть не облился.

Так они заговорились, что Антошка даже не заметил, когда он все свои бутерброды съел. Протянул руку в корзинку за бутербродами, а там ни одного не оказалось.

Только они успели поесть и попить, как снаружи снова загрякали засовом. Вошёл Соловей-разбойник, а за ним семенил сутулый тощий человечек с гусиным пером за ухом. Человечек поклонился царю, сел за стол у окошка под аркой, взял со стола бумагу и макнул перо в чернильницу.

─ Мой Постельничий, ─ указал на него царь Антошке. – Прредатель.

─ Не извольте меня оскорблять понапрасну, царь-батюшка, – засуетился Постельничий, как-то по-особому весь егозя и вихляя. - Какой же я предатель? Вы меня сами изволили прогнать. Вот служу теперь другому хозяину. Что ж тут такого?

─ Значит, так, ─ оборвал его Соловей-разбойник, ─ пиши, как положено, сегодняшнее число. Далее: «Тридевятое царство». С новой строки: «Я, царь Еремей Третий, отрекаюсь от престола и царства моего Тридевятого в пользу зятя моего Салавата Первого, коего благословляю на престол и на брак с моей дочерью Марьей-царевной». Ну, что, написал? – спросил Соловей-разбойник, заглядывая писарю через плечо.

─ Нет ещё, я же не писарь, ─ отвечал Постельничий, скрипя пером.

─ Всех писарей я разогнал. Так что привыкай. Но что ты там всё пишешь? – недовольно буркнул Соловей-разбойник.

─ То, что вы изволили продиктовать, мой господин.

─ А что как долго?

─ Одно дело – сказать, ─ отвечал Постельничий важно и занудливо, – другое дело ─ написать. Каждую буковку изобразить надо.

─ Уж больно ты много буковок пишешь. Небось, какие лишние?

─ Ну, что вы, мой господин, ничего лишнего, окромя, что вы мне продиктовали.

«О, да Соловей неграмотный!» ─ догадался Антошка.

 

 

 

Антошка Завирака, Чародей и Фея Забвения

Отрывок из сказочной повети-сериала

«Приключения Антошки Завираки»

Фея Забвения жила в старом замке, что висел над Затерянным ущельем. Со дна ущелья поднимался туман, окутывал замок, и в его комнатах царили вечный сумрак и сырость.

В тот день Фея Забвения бродила по пыльным комнатам пустого замка и тщетно пыталась вспомнить что-то важное. На паутине, потревоженной открываемыми дверьми, оживлялись жирные пауки и набрасывались на хозяйку замка. В тёмных углах под гулкими сводами просыпались летучие мыши и спросонья планировали на старую Фею. Она отмахивалась от них своими длинными костлявыми руками, стараясь не вскрикивать.

В ветхом замке было опасно кричать и даже разговаривать. Впрочем, Фее Забвения разговаривать было не с кем. Она давно уже выгнала всю прислугу. А кого не выгнала, те разбежались. Судите сами, кто отважится прислуживать в замке, с потолка которого сыпалась лепнина, обрушивались карнизы, стоило произнести хоть слово. Однажды, когда рухнуло сразу несколько ступенек на лестнице, ведущей в комнаты прислуги, исчезла и последняя из челяди - её преданная горничная. То ли сбежала, то ли её засыпало кирпичами. Фее Забвения было недосуг разбираться. Она тут же забыла о ней и научилась обходиться без прислуги.

Угнетаемая безуспешными воспоминаниями, Фея Забвения забрела на кухню. Кофе, конечно, уже убежал, а кофейник обгорел. Фея, как это часто случалось, забыла о нём. А сегодня это и неудивительно - она просто выбита из колеи необходимостью что-то срочно вспомнить.

- Но что же, что же мне необходимо вспомнить? – едва пошевелила она губами, лихорадочно оглядываясь на кухне.

И тут же привычка подсказала ей мгновенно отскочить в сторону. Уф, вовремя! С потолка свалилась лепнина - лепесток розы и половина её серединки. «Лучше бы обвалилась вся сразу», - подумала Фея Забвения, разглядывая потолок. На нём оставалось ещё слишком много украшений в виде всяких там цветочков, листочков, загогулин. Жизнь из-за этой противной лепнины постоянно под угрозой, как на поле боя. Надо позаботиться о своей безопасности. Взгляд Феи зацепился за позеленевший от времени самовар. Волшебным ногтем на костлявом указательном пальце она срезала его верхнюю часть вместе с ручками и надела себе на голову. В ручки продела шёлковый шарфик и завязала под подбородком.

«В таком шлеме мне всё нипочём», - вызывающе громко сказала Фея Забвения. В ответ лепнина ухнула с потолка, словно горный обвал. По шлему громко грякнуло, он даже покосился на высокой причёске, но голова-то уцелела, а ручки самовара защитили узкие старческие плечи.

Отряхиваясь на ходу от штукатурки, Фея Забвения прошла в гостиную и посмотрелась в старинное зеркало. В шлеме она выглядела весьма воинственно и даже царственно, благодаря резной конфорке, похожей на корону. Фея Забвения выбросила из неё застрявший обломок штукатурки. Обновка понравилась ей и на вид.

Машинально Фея протёрла запылившееся зеркало. И вот чудеса! В зеркале стали происходить изменения. Её шарфик, давно уже ставший какого-то редкостного ржавого оттенка, вдруг снова стал золотистым, её серебряные букли, выбивавшиеся из-под шлема, почернели, а на впалых щеках появился молодой румянец. Всё это напомнило Фее Забвения, что зеркало волшебное. «О, да оно поможет мне воскресить в памяти то, что я тщетно пытаюсь вспомнить!» – обрадовалась она.

В ответ в волшебном зеркале исчезло её изображение, а появилась её спальня, комод, левый нижний ящичек которого открылся, а в нём Фея Забвения увидела шкатулку воспоминаний. Как она забыла об этой шкатулке! Ведь в ней собрано всё, что надлежало помнить.

Не обращая внимания на запах кофе, снова убежавшего из кофейника, Фея Забвения подобрала свои юбки и устремилась на цыпочках по лестнице на второй этаж. Ходить по лестнице на цыпочках вошло в её привычку. Она могла забыть всё что угодно, только не свои привычки, в особенности эту. Ведь гулкие своды лестничных проёмов усиливают многократным эхом даже самые тихие шаги, и может случиться новый обвал. Кто будет разыскивать Фею Забвения под обвалившимися ступенями в Забытом замке над Затерянным ущельем!?

Отдуваясь и прихрамывая (ох, нелегко бегать на цыпочках по лестнице в почтенные-то годы), Фея Забвения вбежала в спальню и вытащила из комода шкатулку воспоминаний. Но крышка шкатулки не поддавалась, она была на замке. Ох-хо-хо, а где же ключик? Фея Забвения заглянула одни глазом в замочную скважинку и почесала волшебным ногтем самоварный шлем на голове. Шлем ожил и попытался взлететь над головой, но ржавый шарфик удержал его от полёта. Фея Забвения стукнула по шлему костлявым кулачком, и тот угомонился. С этим ударом и в её голову влетела дельная мысль. Она взяла под мышку шкатулку воспоминаний и так же на цыпочках спустилась к волшебному зеркалу спросить про ключик. Но спрашивать ничего не пришлось. Как только в зеркале отразилась шкатулка, у изображения Феи Забвения засиял на шее маленький ключик на цепочке. Как же она о нём забыла!?

Фея села за обсыпанный штукатуркой стол, отомкнула шкатулку и принялась вынимать из неё разные реликвии. Вот засохший розовый бутон, но это не то. Вот кружевной носовой платок, пожелтевший от времени. А запах духов, которыми он надушен, напомнили Фее Забвения что-то… забытое. Но нет нужды вспоминать, всё равно это не то. Чёрный веер – не то. Перламутровая ракушка? Не то. Павлинье перо? Серебряная пряжка? Медный колокольчик? Не то, не то, не то.

А вот игральная карта, бубновый валет – это, пожалуй, то, что она искала. И вот эта золотистая звёздочка, ёлочная игрушка, с запахом старой хвои и пыли. О чём они хотят ей напомнить? Сейчас Фея Забвения это узнает. Она как раз видит на самом дне свечи воспоминаний. Вот она зажжёт одну из них, поднесёт звёздочку и карту к глазам так, чтобы они оказались в ореоле огня от свечи, и всё вспомнит.

Волшебное пламя свечей воспоминания возвращает Фее старые, давно забытые запахи, а за ними возвращается и память о давних событиях. 

 

Рисунки автора

Поделившись с друзьями, вы помогаете нашему движению "Мы - Дети книги!"
Прочитано 220 раз

Последнее от Татьяна Шипошина. * Главный литературный редактор МТО ДА

В ВАШИХ РУКАХ ВСЁ - ОТ РАЗВИТИЯ САЙТА ДО НОВЫХ КНИГ

Информация для истинных почитателей детской литературы

Комментарии (0)

Здесь ещё нет оставленных комментариев.

Оставьте Ваш комментарий

Добавление комментария от гостя. Зарегистрируйтесь или войдите в свой аккаунт.
Вложения (0 / 2)
Поделитесь своим местоположением