Подготовила
Эльвира Смелик

 

 

 ВЛАДИМИР ЯНОВ О СЕБЕ:

Родился я в одноэтажном саманном городе Актюбинске в Казахстане 1 мая 1945 года. Мать рассказывала, что когда я родился, под окнами роддома шла первомайская демонстрация ликующих людей, ожидающих известий о полной Победе над немецкими фашистами. Может потому я родился законченным оптимистом, о чём никак не жалею.

Литератором я мечтал стать с малых лет. Первую приключенческую повесть начал сочинять в девятом классе, однако бросил на половине, не ведая, чем её закончить. В десятом классе понял, что литератор из меня не получится, потому решил стать геологом. Романтика путешествий и открытий пересилила тягу к перу и слову.

Закончил в 1968 году Московский геологоразведочный институт и по собственному желанию поехал работать на Дальний Восток, в Приморье. Здесь было всё то, о чём мечтал в детстве в степном городе Актюбинске – настоящее море, даже океан, необыкновенная тайга, воспетая В.К. Арсеньевым, реки, кишащие рыбой, и горы, набитые рудой и золотом. Последующие тридцать лет вдохновенно работал геологом-полевиком, познал тайгу зимой и летом, море в штиль и жуткие шторма. И клещ меня кусал, и тигр за мной крался, и тонул я на буровом понтоне в бухте Экспедиции в заливе Посьет, и хоронил ребят, погибших в заливе Счастья на Шантарах, но ни разу не пожалел о своём выборе. А когда нашу морскую геологоразведочную экспедицию перевели в Находку, начал писать небольшие рассказики, которые охотно печатали городские и краевые газеты. Из них впоследствии мне удалось издать два сборника: «Находкинские рассказы» и подборку новогодних историй «Весёлый гороскоп».

В девяностые годы прошлого века тихо скончалась наша знаменитая на всю страну Морская экспедиция, я вышел на пенсию, стал работать простым вахтёром, но решил серьёзно заняться литературой, причём - литературой для детей и подростков. Для взрослых писалось очень много, а для детей почти не появлялись новые книги. Я решил написать для ребят такую книгу, которую захотел бы прочесть каждый находкинский школьник.

Так появилась на свет первая часть моей трилогии «Тайна таёжного талисмана». После выхода повести меня стали приглашать на встречи в школы и библиотеки города, где меня постоянно просили написать продолжение. Пойдя

навстречу просьбам ребят, я написал вторую часть трилогии под названием «Тайна тенистой тропы». Последовали новые просьбы, после чего была написана третья и последняя часть трилогии – «Тайна тёмного треугольника». Эти три книги стали самыми читаемыми в городе Находка и в Приморском крае. В них рассказывается о необыкновенных приключениях трёх дружных находкинских школьников, девочки Марины и её друзей Сашки и Пашки, в настоящем и прошедшем временах в родном городе.

Однако проститься с героями моей трилогии было не так просто. Пришлось мне написать ещё одну книжку о приключениях Марины, Сашки и Пашки под название «Дорога к морю», где ребята вступают в схватку с недобрым космическим разумом и одерживают над ним победу, спасая земную нашу цивилизацию.

Между работой над повестями мне удалось выпустить два сборника рассказов о находкинских школьниках под названием «Про Петьку и Витьку» и «Петька-Холмс и Витька-Ватсон». В последнее время я работаю над повестью «Приключения Насти» о находкинской школьнице, приехавшей в Москву на каникулы к тёте и случайно неожиданно провалившейся во времени в 1912 год. Отважная двенадцатилетняя девочка выйдет победителем из самых сложных ситуаций, отыщет в Москве тайное хранилище сокровищ ордена тамплиеров и станет его главным хранителем. В третьей части повести «Настя против иезуитов» девочка вступит в схватку с коварным орденом иезуитов в столице и одержит над ними очередную победу. Скоро выйдет из печати четвёртая часть этой повести под названием «Настя и Наполеон», в которой находкинская девочка окажется в Москве,

занятой войсками Наполеона в 1812 году, встретится с французским императором и спасёт от взрыва Московский Кремль.

Настоящей моей литературной гордостью стала повесть «Сквозь жестокую очередь лет», в которой я в форме «фэнтези» рассказал историю любви и борьбы московской студентки моего института Лиле Азолиной, воевавшей в Подмосковье с фашистами в составе диверсионной группы и пропавшей без вести во время одного из походов в тыл врага. По этой повести я написал одноимённую пьесу, которая сейчас изучается в ряде молодёжных театров для постановки.

Мною написана производственная повесть «Супервайзер» о работе на трассах трубопроводов на Дальнем Востоке, которая ещё ждёт своего издателя.

В 2008 году я был принят в члены Приморского отделения Союза писателей России, а с этого года, после переезда на постоянное место жительства в Московскую область, в город Воскресенск, стал членом Московского городского отделения СПР.

Женат гражданским браком. Имею двух дочерей.

 

ЧЁРНЫЙ ШАМАН

Воскресное утро выдалось ясным, но прохладным, с обильной росой по молодой траве, обещавшей тёплый солнечный денёк. Петька порадовался хорошей погоде, наскоро позавтракал и отправился к бабушке, проживающей в одиночестве в своём небольшом домике на другом конце города. Был конец апреля, пора весенних огородных хлопот. Петькины родители первой электричкой уехали на дачу, а его попросили помочь старенькой бабушке вскопать её огород.

Петька каждый год помогал бабушке с огородом, потому что она была уже очень старенькая и часто болела. Кроме того, Петьке было интересно с бабушкой. Она никогда не приставала к внуку с нудными советами о необходимости хорошо учиться, не ругала его за увлечение футболом, который он с друзьями гонял на школьном стадионе целыми днями. Наоборот, бабушка часто Петьку хвалила, и ему это нравилось, хотя он понимал, что не всегда заслуживает бабушкины добрые слова.

Бабушка угощала внука тёплым козьим молоком с лепёшками, и рассказывала ему истории из своей длиннющей жизни. Истории были разные, но всегда интересные. То бабушка вспомнит, как она до войны с классом собирала колоски на колхозном поле, а потом у пионерского костра пела героические песни про красных командиров. А то расскажет внуку, как познакомилась с дедом Иваном, тогда ещё молоденьким сержантом-разведчиком. Бабушка была санитаркой, и вытаскивала раненого бойца с поля боя из-под фашистского огня.

– Сестричка, – позвал её тихим голосом очнувшийся боец, – как тебя зовут?

– Клавка я,– ответила бабушка. – Ты не болтай, боец, силы береги. Они тебе ещё пригодятся,

– Слышь, Клава, слово даю, – продолжил боец слабеющим голосом.– Как поправлюсь, найду тебя и женюсь.

– Сначала выздоровей, родимый, а потом о свадьбе и поговорим, – ответила восемнадцатилетняя бабушка, из последних сил подтаскивая на волокуше раненого к полевому лазарету.. – И то, правда,– продолжала бабушка.– Меня ранило через месяц, и я сама оказалась в том же лазарете. Там мы и встретились с выздоравливающим Иваном. Затем нас обоих комиссовали по ранению, мы приехали в Приморье, поженились, да так и остались здесь на всю жизнь.

Много интересных историй из старинной жизни было заготовлено у бабушки для любимого внука, все не переслушать. Но сегодня после традиционного стакана козьего молока с горячей пшеничной лепёшкой Петька решительно взял лопату и направился в огород.

– Петенька, внучек, посидел бы чуток со мной,– позвала его бабушка.

Но Петька отмахнулся.

– Бабуля, некогда. Огород вскопать надо. Вдруг назавтра дожди зарядят, земля раскиснет, не вскопаешь, пока не подсохнет. А уже картошку сажать пора.

– Ну, покопай, покопай, внучек, помоги бабушке. А я котлетку тебе пожарю.

Петька солидно, вразвалочку, прошагал по двору, взял под навесом заржавевшую за зиму штыковую лопату и отправился в огород. Копать начал от старенькой баньки, постепенно продвигаясь к концу огорода, обрывавшемуся в небольшую речушку, в русле которой по крупным округлым валунам чуть змеились струйки воды. Работа у Петьки шла споро, потому что земля на бабушкином огороде была мягкая, рассыпчатая, словно песок.

Солнце близилось к закату, когда Петька закончил копать и присел отдохнуть на крупный чёрный валун, чуть выступающий из земли на самой меже, у ветхого заборчика из вербных жёрдочек.

– Ну вот, треть огорода осилил, – довольно подумал Петька, оглядывая свою работу и утирая пот со лба – Завтра, после уроков, приеду, ещё вскопаю, сколь успею. Только бы контрольную по алгебре завтра хорошо написать. Анна Ивановна предупреждала, чтобы я уравнения с неизвестными повторил. А у меня по этим проклятым иксам одни двойки. Хорошо Лёшке Колотову. Он сейчас не огород копает, а сидит за учебником и повторяет правила. Вот бы мне завтра пятёрочку получить.

Петька размечтался, представил, как завтра математичка возьмёт в руки его контрольную работу, покажет всему классу жирную пятёрку и скажет:

– Вот, ребята, как надо писать контрольные.

Витая в сладких грёзах, Петька вдруг почувствовал, что камень неожиданно шевельнулся под ним, как живой. Петька подскочил и внимательно осмотрел то, на чём сидел.

– Подумаешь, валун как валун, – пожал плечами он.– Показалось, наверно,– подумал он и побежал к речке отмыть руки от чернозёма.

– Бабушка, завтра после уроков снова приеду, покопаю. Вот только бы контрольную по алгебре хорошо написать.

– Напишешь, внучек, постарайся только, – поддержала его бабушка, угощая котлеткой и горячим чаем.

На следующий день контрольная показалась Петьке совсем несложной. Он неожиданно быстро для себя решил две задачки и все примеры, аккуратно записал в тетрадку и отдал Анне Ивановне, немало её удивив своим проворством. Учительница, привыкшая к его двойкам и тройкам, тотчас проверила его работу, поставила оценку, затем подняла тетрадь вверх и, показав всему классу жирную пятёрку, голосом удивлённого бегемота произнесла:

– Вот, ребята, как надо писать контрольные. Молодец, Петя, хорошо подготовился. А Лёша Колотов сегодня, к моему огорчению, не справился с заданием.

Класс долго не мог прийти в себя от удивления. С Петьки не сводили глаз изумлённые одноклассницы, а в углу сидел, темнее классной доски, отвернувшись к окну, получивший двойку отличник Колотов.

– Так тебе и надо,– мстительно подумал Петька. – Не будешь задаваться.

Петьке нравилось такое внимание класса, хотя он и сам был приятно удивлён своим неожиданным успехом.

Дома Петька наскоро перекусил и поспешил к бабушке.

– Бабуля, я сегодня пятёрку по алгебре получил, а Лёшка – двойку.

– Это, внучек, потому, что ты умный мальчик,– обрадовалась бабушка и пододвинула к внуку стакан молока.

День был тоже солнечный, но ветреный, от речки несло сыростью, однако Петька споро справился с намеченным участком огорода и отдохнуть присел на тот же самый межевой валун. При этом он приметил, что валун вроде бы стал за ночь повыше. Петька в душе ликовал, вспоминая свой алгебраический триумф.

– Здорово я Лёшку прокатил сегодня на алгебре,– вспоминал он с торжеством. – Вот бы завтра ещё и диктант написать на пятёрку. То-то все удивятся, а Галка особенно.

Едва он так подумал, как опять почувствовал, что камень шевельнулся, словно живой, будто пытается выбраться из земли. Петька осмотрел камень, ощупал его руками, попробовал вытащить его из грунта, но безрезультатно. Камень крепко сидел в земле, не поддаваясь его усилиям. Но по влажной полоске на его поверхности было заметно, что он стал чуточку повыше.

– Странный какой-то камень у бабушки, – подумал Петька, пожав плечами.

На завтра Петькин диктант поразил Галину Петровну, учительницу русского языка, до самой глубины её педагогического сознания. Опять в его тетрадке краснела жирная пятёрка, снова весь класс не сводил с Петьки широко открытых от удивления

глаз, а в дальнем углу девчонки дружно утешали Галку, рыдающую над своим диктантом с кучей грубейших ошибок и мерзкой двойкой под ним.

– Чудно как-то получается, – думал Петька, от души жалея одноклассницу, очень нравившуюся ему, так неожиданно отхватившую гадкую двойку в свой пестревший пятёрками дневник. – Я всегда еле-еле на троечки вытягивал, а тут подряд две пятёрки получил. Как на камне у бабушки загадаю, так и получается. Это что же за камень такой у бабули на огороде из земли торчит? Вроде бы даже сам из земли вылезает.

После школы Петька даже домой не зашёл, а прямо с портфелем поехал к бабушке. – Бабушка, я сейчас,– торопливо бросил он старушке портфель и кинулся в огород.

Камень был на прежнем месте, но стал ещё выше. Петька схватил лопату и принялся выкапывать чёрный валун. Яма вокруг валуна росла, но конца камню всё не было. Камень оказался неожиданно длинным. Откинув очередную лопату грунта, Петька бросил взгляд на странный камень и неожиданно вздрогнул. С чёрной ноздреватой поверхности камня на него в упор смотрел жутким мёртвым взглядом одинокий глаз древнего идола. Мурашки ледяного озноба побежали по Петькиной спине. Он огляделся.

Погода резко переменилась. Солнце спряталось за тёмную тучу, набежавшую от сопок за речкой. От реки потянуло холодом, в лесу закричал филин. Петьке стало жутковато, но он пересилил страх и копнул лопатой ещё несколько раз. Земля у камня осыпалась и открыла на валуне второй глаз, такой же суровый и мёртвый одновременно.

– Так вот, оказывается, в чём дело. Значит, это не просто камень, а шаманский заговоренный идол, – догадался Петька.– Вон глазищи какие, как у Годзиллы. Потому-то он и выполняет мои желания. Вот здорово. Чего бы мне ещё пожелать такого? – задался он вопросом. – Ага, завтра у нас зачёты по физкультуре. Значит так, Чёрный Шаман, – решительно обратился он к камню, – завтра хочу рекорд поставить на стометровке. Витьку обогнать хочу. Поможешь?

Камень в ответ чуть шевельнулся, вновь став немного повыше.

Петька скоренько докапал огород, не слушая бабушкиных историй, залпом выпил стакан молока и поспешил домой.

Назавтра учитель по физкультуре Яков Сергеевич, имевший кличку «Гвоздь» за его высокий рост и худобу, чуть свисток не проглотил от удивления, когда Петька на стометровке легко обошёл чемпиона Витьку Тяпкина и показал третий результат школы за всю её историю.

– Кудряшкин, – дрожащим от радости голосом бросил он Петьке, – завтра же приходи на тренировку. Поедешь на городские соревнования. А ты что хромаешь, растяпа? – накинулся физрук на поникшего чемпиона Витьку Тяпкина.

Однако оказалось, что Витька Тяпкин порвал связку на правой толчковой ноге, и его отправили на скорой помощи в больницу. Одноклассники опять не отводили от Петьки изумлённых глаз, девочки шептались о нём в углу класса, но настроение у Петьки было очень даже неважное. Получилось так, что это он, Петька, виноват в том, что его друг Витька порвал связку стопы и таким грустным образом завершил свою спортивную карьеру. Значит, Чёрный Шаман так выполнил его, Петьки, просьбу? А иначе как бы он, Петька, победил чемпиона? Витька столько тренировался, каждый день пробегал несколько километров на скорость и мечтал поставить мировой рекорд. А тут такая травма.

Дома Петька, хмурый и молчаливый, походил из угла в угол, не выдержал и отправился к бабушке проведать странный камень. Бабушка даже обиделась на него, когда он, невнятно поздоровавшись, направился прямиком в огород.

Петька ещё издалека приметил чёрную голову древнего идола, нахально высовывающуюся из земли. Петьке даже показалось, что этот чёртов камень ожидает его с какими-то своими целями.

Подойдя к камню, Петька увидел, что голова идола с круглыми страшными глазами и двумя неровными чёрточками, обозначающими рот и нос, полностью вышла из

грунта, и теперь с грозным любопытством оглядывала окрестности бабушкиного огорода и самого Петьку, робко застывшего рядом.

Петьке стало не по себе. Однако он переборол свой страх и решительно обратился к древнему идолу.

– Вот что, Чёрный Шаман, спасибо, что помог мне на физкультуре. Но зачем же Витьке связку было рвать? Я тебя об этом не просил. Если ты всё можешь, сделай так, чтобы завтра же Витька поправился. Он мой друг, а ты его калечишь.

Сказал Петька и от неожиданности вздрогнул. Ему показалось, что камень наклонился, словно кивнул ему, и с противным шорохом ещё на несколько сантиметров выбрался из грунта.

– Ну что за камень такой?– недоумевал Петька.– Что ему надо? Что будет, когда он из земли выберется?

Назавтра Петька с радостью встретил в классе чуть хромавшего Витьку.

– Витька, здорово. Как твоя нога?

– Чуть побаливает, а так ничего, – ответил Витька, широко улыбаясь.– Доктора сначала думали, что у меня связка порвана. Когда разобрались, оказалось, что просто растянул её чуток. А ты здорово вчера стометровку пробежал. Давай вместе тренироваться.

– Не, Витька, это я случайно пробежал так быстро. Мне ветер помог. Ты поправляйся и снова тренируйся, ставь рекорды. А я за тебя болеть буду.

Однако оказалось, что тренироваться Витьке стало не с кем. Вчера на занятиях неуклюжий «Гвоздь», прыгая через «коня», зацепился за снаряд, упал и сломал ногу. Теперь не меньше месяца будет дружить с костылями и гипсом. Петьку опять пронзило чувство вины. Неужели это «Чёрный Шаман» наколдовал, вылечил связку Витьке и сломал ногу физруку. Отчего же так получается?

Тут Петька вспомнил свою пятёрку по алгебре и отчаяние Лёшки Колотова, признанного отличника, вспомнил так поразившую всех его пятёрку по диктанту и горько плачущую в уголке отличницу Галку. Родители за двойку по диктанту её наказали и не пустили на каникулы в турпоездку во Францию Выходит, это он, Петька, так подвёл своих друзей. Получается, что этот чёртов камень не просто так выполняет желания, а помогает за чей-то счёт.

После уроков он помчался к загадочному камню. Увиденное в огороде поразило его. Чёрный влажный камень уже почти полностью выбрался из земли. Его длинное, грубо вырубленное из базальтовой скалы тело сильно наклонилось к земле, готовясь вот-вот упасть на неё.

– Ты кто? – закричал Петька, обращаясь к камню. – Ты почему одних лечишь, а других калечишь? Не нужны мне твои фальшивые пятёрки и рекорды за счёт моих друзей. И ты не нужен мне. Зачем ты здесь? Иди отсюда вон. Я сам со своими двойками разберусь.

Петька всем телом налёг на колдовской камень, пытаясь свалить его. Тот неожиданно легко подался, со скрежетом вывернулся из земли и упал на вскопанный огород. Тотчас в небе прозвучал удар грома. Петька поднял голову. От сопок на него надвигалась огромная синевато–чёрная туча. Внутри страшной тучи сверкали молнии и грохотал гром. Нити дождя расчертили небо в косую линейку. И грянул ливень, какого Петька никогда ещё не видел. Земля разом покрылась мелкими лужицами и ручейками, а речушка в конце бабушкиного огорода на глазах стала подниматься, наполняясь жёлтой мутной водой. Уже через несколько минут ревущий поток бежал по камням, кое-где подмывая крутой бережок.

С крыльца бабушка звала внука укрыться в доме, но Петька не слышал её, заворожено наблюдая за чёрным камнем. Древний идол медленно полз к речке, оставляя в раскисшей земле отчётливый ровный след. Казалось, что его влекут за собой потоки воды, сбегающие в речку. Но это только казалось. Петька понимал, что тонкие струйки не

могут сдвинуть тяжёлый камень с места. Очевидно, некая таинственная сила помогала камню-колдуну двигаться к речке. Медленно сползающий к речке идол неожиданно остановился, упёршись в простой валун, встретившийся ему на пути. Потоком воды в меже чёрный камень перевернуло, и глаза древнего идола обратились к Петьке, словно прося о помощи.

Петька приналёг на идолище и подтолкнул его к реке. Тяжёлый камень двинулся неожиданно легко, словно был не каменный, а деревянный. Вот он уже у берегового уступчика, наклонился с него и с глухим плеском свалился в воду. На глазах удивлённого Петьки чёрный каменный идол не утонул в мутных водах речушки, а стремительно поплыл по течению, как лёгонькая щепочка. При этом лицо идола было обращено в небо, а глаза, казалось, неотрывно смотрели на Петьку.

Бабушка ахнула, увидев Петьку, ввалившегося на кухню, насквозь промокшего, всего перемазанного в глине, но очень серьёзного, со странным блеском в глазах. Через минуту Петька пил смородиновый чай с мёдом, а его отстиранная одежда уже сушилась на горячей печке.

Странное происшествие с чёрным идолом очень переменило Петьку. Жирных пятёрок он больше не получал и рекордов не ставил, но из двоек и троек выбрался. И что заметили все, стал очень дружен с одноклассниками и никогда не позволял себе с ними грубых слов.

А когда Петька приезжал проведать бабушку, то после традиционного стакана молока уходил в конец огорода, садился на бережок вновь обмелевшей речушки и долго сидел в задумчивости, глядя вниз по течению. И никто не знал, что семиклассник Петька в эти минуты с грустью думал о том, куда же мутная вода паводка унесла чёрного древнего идола и какие ещё желания завистливых и глупых людей он теперь выполняет, принося другим неожиданные страдания.

Когда же Петька узнавал о том, что где-то с кем-то случилась беда, он виновато втягивал голову в плечи, и про себя очень жалел о том, что тогда, весной, не расколотил проклятый камень на куски и не закопал их в разных концах бабушкиного огорода. Глядишь, и бед в мире стало бы поменьше.

 

БЛЕДНЫЙ ПРИЗРАК

Утром в понедельник Витька самым бесстыдным образом проспал. Тому было несколько причин. С вечера он забыл поставить будильник, допоздна читал в постели интересную книгу, родители ушли на работу рано, и разбудить его было некому. Проснулся он от громкого басовитого пароходного гудка, накрывшего собой весь город. Это огромный сухогруз на выходе из бухты прощался с городом-портом. Витька взглянул на часы и подпрыгнул от ужаса. До начала первого урока оставалось всего полчаса, а он всё ещё в постели.

Витька кубарем слетел с кровати, ополоснул лицо холодной водой, буквально впрыгнул в брюки, натянул рубаху и, схватив куртку и бутерброд, выскочил из квартиры. На лестнице, однако, он заметил, что собрался идти в школу в домашних тапочках. Пришлось метеором вернуться в квартиру и сунуть ноги в ботинки.

Выскочив из подъезда, Витька наступил на плохо завязанный шнурок и с ходу растянулся перед бабушками, чинно сидящими на скамейке и ведущими между собой мирную беседу.

- Ты куда, скаженный, перепугал, точно басурман. Кто за тобой с метлой-то гонится?

- Ой, бабушки, в школу опаздываю, - ответил Витька, торопливо завязывая распустившиеся шнурки на ботинках.

- Так ты не в школу успеешь, а в травматологию, - ответила Нина Афанасьевна, бабушка со второго этажа, и обратилась к собеседнице, продолжая оборвавшуюся беседу.

- Лизавета говорит, что призрак кажную ночь ходит по дому, весь белый, в саване, и сам бледный, тихо стонет и кланяется по углам. Клянётся, что сама видела, крест на себя кладёт, что не брешет.

Витька, услышав такое, перестал завязывать шнурки и открыл рот от удивления:

- Это где такой дом, Нина Афанасьевна? - спросил он. - Где призраки бродят?

- А тебе то что? - отмахнулась женщина.- Ступай в школу, и двойку домой не приноси.

- Ну, пожалуйста, Нина Афанасьевна, скажите, где этот дом. А то я точно в школу опоздаю.

- Вот бес приставучий, - поморщилась женщина. – Дом заброшенный стоит напротив нового строящегося супермаркета. Его ещё японцы пленные строили после войны. Там он и бродит по ночам. Марш в школу, звонок вон уже звенит вовсю.

Витька опрометью метнулся в школу и влетел в класс как раз перед Петром Семёновичем, учителем физики.

- Петька, я знаю дом, где призрак бродит, - не удержался Витька, шепнув на уроке другу.

- Ты что? Какой ещё призрак? - отмахнулся Петька.

- В старом японском доме. Его скоро сносить будут, вот призраки и забегали.

- Сам ты как призрак. Чуть на урок не опоздал. Сиди тихо, а то Кулон вызовет к доске.

Кулоном ребята прозвали старенького учителя, который преподавал физику и ещё увлекался всякими ненаучными явлениями вроде НЛО, полтергейста и прочей аномальщиной. Он был не строгим, но нарушителей дисциплины частенько вызывал к доске и ставил двойки.

- Кудряшкин, что ты там шепчешься? Ну-ка иди сюда и расскажи нам о таком явлении, как электричество.

Петька свирепо взглянул на друга и понуро поплелся к доске.

- Электричество бегает по проводам, - сказал он и сморщился от умственного напряжения, пытаясь ещё что-то вспомнить об этом физическом явлении. – Электричество толкает поезда, трамваи и мясорубки.

- Правильно, Петя, - сказал Пётр Семёнович, - но что такое - электричество? Отчего оно возникает?

- От электростанций, - сообразил Петька.

Учитель покачал головой.

- Плохо Петя, что ты не понял самого главного. Садись и выучи, как следует, этот раздел. Он очень важен для всей вашей будущей жизни. А пока я ставлю тебе двоечку.

Петька был в отчаянии. Получить двойку перед самым концом четверти. Это всё из-за Витьки с его дурацкими призраками. Тут его осенило.

- Пётр Семёнович, а призраки бывают? - вдруг спросил он учителя, склонившегося над классным журналом.

Учитель остановил руку с авторучкой, неудержимо стремившуюся к Петькиной фамилии с намерением поставить против неё жирную кривую двойку, повернулся к ученику и удивлённо произнёс:

- А почему ты спрашиваешь?

- Да вот Витька мне сказал, что в одном из домов у нас в городе бродят призраки. - С научной точки зрения этого быть не может, - сказал учитель. - Но в мире очень

много историй, связанных именно с появлением призраков. Я вам сейчас расскажу кое-что о них.

Всё остальное время урока до самого звонка Пётр Семёнович рассказывал ребятам о легендах и мифах, связанных с призраками. Были здесь и байки о кремлёвских призраках, о привидениях в английских старинных замках, об инопланетных явлениях.

- Однако это всё легенды и мифы народных суеверий. А на самом деле ни призраков, ни привидений в природе нет, потому что это ненаучно, - закончил он урок.

- Вот видишь, - сказал Петька другу после урока. - Призраков не бывает, но, именно благодаря им, я сегодня не отхватил двойку.

- А что тогда бродит по тому дому? - спросил Витька. - Тётка клялась, что сама это видела.

- Вот это нам и предстоит узнать, доктор Ватсон, - сказал Петька. - Сегодня мы устроим засаду призракам.

- Понятно, мистер Холмс, - ответил Ватсон и подмигнул другу.

Вечером Петька дома сказал, что ночует у Витьки, поскольку его родители уехали в гости. Витька, в свою очередь, тоже отпросился ночевать у Петьки. А на самом деле ребята заранее выбрали удобное место в кустах сирени за дорогой для наблюдения за странным домом с призраком. Ночь была тёплая, какие обычны в Приморье в первой половине сентября. Мальчики привольно расположились на мягкой травке, немножко пошептались и притихли, задремав в темноте на свежем воздухе.

Петька проснулся от ощущения опасности. Он протёр глаза, сгоняя сонливость, взглянул на дом, чёрным силуэтом выделявшийся на фоне звёздного неба, и обомлел. На втором этаже в проёме окна в ночном сумраке виднелся светлый силуэт человека, лицо которого отсвечивало безжизненной белизной. Петька толкнул Витьку. Тот от неожиданности подскочил и спросонья возмущённо завопил:

- Чего пихаешься?

- Тихо ты, - прошипел Петька. - Смотри туда.

Витька взглянул в сторону дома и замер с открытым ртом. В это время жуткий силуэт медленно подошёл к окну и бросил долгий взгляд в их сторону. Ужас проник в самое сердце ребятишек,

- Он услышал нас, - подумали они и, не сговариваясь, одновременно пустились во всю прыть наутёк по еле заметной в ночи тропинке. Только отбежав от «дома ужасов» на приличное расстояние, среди жилых строений они остановились перевести дух.

- Ты чего побежал? - спросил Петька друга.

- А я не знаю, - ответил Витька. - Ты побежал, и я за тобой.

- Ты первый дал дёру, - настаивал Петька.

- Не, Петька, я за тобой сначала бежал, только потом обогнал.

- Понятно, ты же чемпион школы по бегу. Ладно, неважно, кто первый, но оба мы крепко сдрейфили.

- А то как же? - недоумевал Витька. - А если бы он за нами кинулся?

Ты понимаешь, я ведь тоже испугался и побежал что было мочи. Надо же, от чемпиона школы не отстал. Но что-то мне не нравится в этом призраке. Может он и не призрак вовсе.

- А кто?

- А вот это нам и предстоит узнать, друг Ватсон. Сегодня днём сходим и обследуем развалину.

- Согласен, мистер Холмс, - согласился Ватсон.

После школы, наскоро перекусив, ребята с нетерпением отправились к «дому с призраками». Старенький двухэтажный домишко прошлого века, как ни в чём не бывало, сиротливо стоял в конце улицы, ожидая сноса и наводя грусть и тоску пустыми глазницами окон и дверей. Возле дома никого не было.

Ребята, помня о ночных приключениях, с некоторой опаской вошли в дверной проём и оказались в длинном коридоре с обшарпанными стенами и проваленным полом. Всюду валялся бытовой мусор, старые газеты, обрывки обоев, поломанные детские игрушки и куклы, консервные банки и прочий хлам, обычный для заброшенных жилищ. Из коридора по обе стороны располагались небольшие комнатки без дверей, тоже заваленные всяким хламом.

- Что тут может делать нормальный призрак? – осторожно, с оглядкой прошептал Витька.

- А если это ненормальный призрак? – с иронией, тоже шёпотом спросил Петька.

- Ну, если ненормальный, тогда другое дело, - согласился друг.

Ребята двинулись по коридору, заглядывая в каждую комнату и изучая всё, что в ней находится. По лестнице без перил поднялись на второй этаж, продолжая осматривать всё вокруг. Скоро Витьке надоело гулять среди мусора.

- Петька, хватит бродить по этой помойке. Ничего мы тут не найдём. К тому же призраки следов не оставляют.

- Призраки не оставляют, - подтвердил Петька. - А люди вполне могут. Надо только лишь суметь увидеть.

В одной из комнат Петька подошёл к окну и взял с подоконника небольшую стеклянную бутылочку.

- Брось её, - брезгливо сморщился Витька. - Бомжи её распивали и бросили. Зачем она тебе?

Петька ничего не ответил, осмотрел бутылку со всех сторон, понюхал зачем-то горлышко и осторожно поставил обратно. Затем в углу комнаты поднял с пола обрывок газеты, развернул её, покрутил в руках.

- Что ты всякий хлам в руки берёшь? – попытался его остановить дружок.- Такой макулатуры здесь сто килограммов будет.

Но Петька не обратил на слова друга никакого внимания, аккуратно свернул газетку и сунул в карман брюк. Затем он приметил на полу окурок сигареты с красным фильтром, вынул из кармана большую лупу и через неё внимательно изучил окурок. Вынул записную книжку и аккуратно переписал в неё буквы, оставшиеся на сигарете, а окурок положил в полиэтиленовый пакет и спрятал в карман.

- Петь, пошли лучше в кино, - жалобно протянул Витька. - Надоело мне по этой мусорке шататься. Ещё какой микроб подхватим.

- Пожалуй, действительно хватит, - сказал решительно Петька. – Пошли отсюда.

- А что с призраками делать будем?

- Искать их будем, - ответил Петька и направился к автобусной остановке.

- Точно, - обрадовался Витька. - Пошли в кино, в «Буревестник» сходим на новую американскую комедию. А потом как-нибудь ещё их поищем, призраков этих.

Но, к Витькиному удивлению, приехали они не в кинотеатр, а в самую фешенебельную городскую гостиницу. Петька решительно прошёл через автоматические двери и вошёл в холл. Витька с удивлением послушно последовал за другом.

В холле царил полумрак, играла негромкая музыка, но посетителей не было. Лишь только за столом в глубине помещения сидела женщина и что-то писала в тетради. Она подняла голову.

- Мальчики, вы к кому пришли?

Петька подошёл к столу, на котором стояла табличка с надписью «Администратор» и уверенно заявил:

- Мы хотели бы видеть седого мужчину, туриста из Японии, одетого в белый костюм и курящего сигареты «Банзай».

Администратор с удивлением посмотрела на мальчиков.

- А зачем вам этот господин? Это бизнесмен из Токио, приехавший к нам по делам своей фирмы. Вы что, знакомы с ним?

- Нет, но хотим встретиться, - решительно ответил Петька.

- Право же, - задумчиво протянула администратор, - не знаю, что мне с вами делать. Детей мы в гостиницу не пропускаем без взрослых. К тому же этого господина сейчас в номере нет. Подождите на улице, пока он вернётся.

- Скажите, а он по-русски говорит? - спросил Петька.

- Говорит плохо, но понимает почти всё.

- А как его по имени-отчеству?- не унимался Петька.

Администратор усмехнулась.

- Не знаю, как по имени-отчеству, но зовут его господин Танака. Не вздумайте у него попрошайничать, не то я позову охрану.

- Ещё чего, - возмутился Петька. - Мы по делу к господину Танаке.

Ребятам ничего не оставалось, как покинуть холл и выйти на улицу. В это время к гостинице подкатило жёлтое такси, из которого вышел седой японец в белом костюме. Петька подбежал к нему:

- Господин Танака, мне нужно с вами поговорить?

Японец сдвинул брови, пытаясь что-то понять, затем на очень плохом русском спросил:

- Ви ка мня?

- Да, господин Танака, именно к вам, - подтвердил Петька. - Надо поговорить.

- Поховорит? О что?

- О бледных призраках, - не унимался Петька.

- О что? - удивился японец. - Не понимай. Пожалюйста, - неожиданно согласился он.

Танака любезно пригласил ребят в пустой холл гостиницы, усадил в кресла, вынул из кармана пачку сигарет, закурил длинную тонкую сигарету с красным фильтром и приготовился слушать. В ответ Петька вынул из кармана окурок точно такой сигареты и обрывок газеты и показал японцу. Увидев окурок и обрывок газетки с иероглифами Танака изменился в лице, нахмурился, бросил на ребят печальный взгляд.

- Ви кто?

Петька протянул пожилому японцу руку. Танака с почтением её пожал.

- Я Петька Холмс, а это мой друг Витька-Ватсон.

Брови у японца улетели куда-то за уши.

- Холмс? Ватсон? Конан-Дойл? Почему?

Петька приосанился и важно пояснил:

Я с другом Витькой изучаю дедукцию, чтобы раскрывать преступления.

Японец понимающе покивал головой.

- Ви очень умный малшик. Дедукций – это хорошо.

Петька продолжил разговор.

- Скажите, господин Танака, зачем вы ночами бродите по старому заброшенному дому?

Танака снова согласно покивал головой, грустно взглянул на ребят и приступил к рассказу.

Из его длинного повествования на очень плохом русском языке ребята поняли следующее:

- Оказывается, во время войны с СССР в 1945 г его отец служил в Квантунской армии в Манчжурии пулемётчиком. Отец с собой всегда носил фамильный самурайский клинок, который пережил несколько поколений и был семейной святыней. В ходе боёв он попал в плен и чудом сохранил семейную реликвию, нося её под одеждой и пряча от охраны в тощем лагерном матрасе. Но вывезти клинок в Японию после освобождения было невозможно. Поэтому он решил замуровать семейную реликвию в одном из домов, которые пленные строили в городе Находка. Всю оставшуюся жизнь отец мечтал приехать в Советский Союз и отыскать спрятанный клинок, но не дождался такой возможности. Перед смертью он взял с сына клятву найти реликвию и вернуть в семью. Потому Танака, приехав в Находку по делам своей фирмы, приступил к поискам клинка с помощью портативного металлоискателя.

Танака на этом месте сделал длительную паузу, со скорбным видом развёл руки.

- Я ничто не нашёл за много ночь. Я завтра улетай дом пустой рука. Но мой душа нет покой, пока я не выполнить наказ отца.

Теперь нам всё понятно, господин Танака, - заявил Петька. – А почему вы не искали свою реликвию днём?

Японец застенчиво опустил глаза.

- Мне был стыдно ходить развалина, Петька. Я уважаемый человек Япония. Меня день все видеть и спрашивать. Все начать искать.

Ребята посочувствовали неудачному искателю семейных реликвий и отправились домой. Но до своей остановки они не доехали, а дружно сошли перед «домом с призраками». Снова они бродили по замусоренным коридорам и комнатам без дверей и окон.

- Где-то здесь замурован самурайский клинок, но как узнать, где он? - вздохнул Витька. - В этом случае нам не поможет даже твоя дедукция.

Петька с этим решительно не согласился.

- Дедукция помогает всегда и везде, но ею надо научиться пользоваться, - заметил он. – Я думаю, что отец должен был оставить какой-то знак в том месте, где спрятал клинок, - уверенно заявил Петька. - А нам надо лишь заметить его.

Ребята обошли весь дом, но без результата. Ничто не бросалось им в глаза на гладких, с японской тщательностью оштукатуренных стенах. Затем спустились в небольшой подвальчик, в котором жители ранее хранили домашние вещи. Здесь было темно, сыро, валялась брошенная старая тара. Мальчики устало присели на деревянный ящик и уставились в стену перед собой. Из стены торчал кусок ржавой арматуры.

Петька вдруг решительно ухватился за железяку и потянул на себя. Железка неожиданно легко отделилась от стены вместе с куском штукатурки, под которой в тени подвала что-то неожиданно ярко блеснуло металлическим зеркалом. Ребята сбили старую штукатурку и не поверили своим глазам. В стене светился и сиял гранями не тронутый временем старинный клинок. На его лезвии просматривались витиеватые японские иероглифы, а рукоять обвивала разъярённая змея с обнажённым жалом.

- Вот он, знак отцовский, а это - клинок самурайский, - вскричал Петька. - А Танака потому его не нашёл, что он скрывался под куском железа. Видимо его отец это предвидел и специально так спрятал реликвию. Примета хорошая, и никто клинок не нашёл бы даже с металлоискателем. Только забыл сына предупредить о примете.

- Петька, а что мы с клинком делать будем? Смотри, какой он дорогущий. Эти жёлтые полоски в рукоятке золотые. Его продать можно аж за тыщу баксов.

- Продать, конечно, можно, но ведь он не наш.

Витька даже подскочил от обиды.

- Как не наш? Мы же его нашли.

- Витька, это фамильная реликвия семьи Танака. Ты видел, как переживал японец, что не нашёл свою святыню. В его глазах стояли слёзы. И после этого ты хочешь продать этот клинок кому угодно за деньги?

- Петь, я просто так сказал, - залепетал Витька, пытаясь оправдаться за свою ошибку. - Ты у нас Шерлок Холмс, тебе и решать.

- А что тут решать? - сказал Петька. - Поехали к Танаке.

Администратор гостиницы никак не хотела пропускать ребят к японцу.

- Это очень занятой человек, Он лёг отдыхать и просил не будить. Утром он улетает обратно в Японию.

- Тем более, - настаивал Петька, - обязательно разбудите его и скажите ему лишь одно слово – «клинок».

- Что вы мне голову морочите. Какой-такой клинок? Это серьёзный деловой человек, и он не станет связываться с какими-то мальчишками.

Петька по-настоящему разозлился.

- Если вы сейчас не вызовите этого человека, он этого вам никогда не простит.

Администратор, молодая строгая женщина, покачала головой и подняла телефонную трубку.

- Господин Танака, извините за беспокойство, но пришли два мальчика и просят назвать вам слово «клинок».

Танака скатился с пятого этажа по лестнице, не дожидаясь лифта. Вид клинка в руках ребят едва не лишил его чувств. Он упал перед клинком на колени, прижался к нему губами и надолго затих.

- Как вам это удалось? - спросил Танака ребят немного погодя, а по его щекам бежали слёзы счастья.

- Это дедукция, господин Танака, - ответил Петька.

Распрощавшись со счастливым господином Танака, ребята, к радости Витьки, направились в кино.

- Петь, а как ты догадался, что призрак вовсе не призрак, а японец? - полюбопытствовал Витька.

- Дедукция и внимательность, дорогой Ватсон. Бутылочка на окне была из-под сакэ, а бомжи сакэ не пьют. На сигарете была надпись «Банзай», а это японский самурайский клич, типа нашего «ура». И газета была японская недельной давности по дате. Откуда всё это появилось в доме, где могут тусоваться одни бомжи?

- А помнишь, Петь, тётка говорила, что призрак стонет и кланяется по углам.

- Это прибор у него тихо гудел звуком, похожим на стон, а по углам он наклонялся для прослушивания стен. А тётке казалось, что он стонет и молится.

- Да, Петь, ты уже делаешь явные успехи в дедукции, - с уважением протянул друг.

- Это же элементарно, дорогой Ватсон, - ответил Петька и радостно улыбнулся.

Через месяц на адрес Петьки из Японии пришла посылка, в которой находилось полное собрание сочинений писателя Артура Конан-Дойля, изданное в Японии на русском языке в золочёном переплёте.

 

Поделившись с друзьями, вы помогаете нашему движению
Прочитано 362 раз

Последнее от Татьяна Шипошина. * Главный литературный редактор ТО ДАР. Председатель ТО ДАР

Комментарии (0)

Здесь ещё нет оставленных комментариев.

Оставьте Ваш комментарий

Добавление комментария от гостя. Зарегистрируйтесь или войдите в свой аккаунт.
Вложения (0 / 2)
Поделитесь своим местоположением