"Сказки от чистого сердца" Ирины Корсаковой

Автор :
Опубликовано в: Десерт-акция. Проза.

"В историях Ирины чувствуется не только вкус сказки, фантазии, что вполне привычно для детской литературы, но и легкий привкус абсурда с иронией. Абсурда, вполне привычного для детского восприятия: а как еще можно объяснить некоторые  поступки и требования этих взрослых? И если логичных объяснений нет, то должны быть нелогичное. А в устах Ирины - еще и веселые" Книга: «17 мгновений зимы, или Таинственное ограбление барсука Бублика» - Астрель, Сова – 2008.

Журналы (в том числе, онлайн) – Электронные Пампасы, Кукумбер, Вездепрыг (Пермь), Little-Tales.ru, благотворительный проект «Сказка всем» - аудио-издания: «Белые сказки», «Кото-сказки».

 

                            Редактор МТО ДА Рустам Карапетьян

 

 

Ирина Корсакова

Irina.enery@gmail.com

Сказки от чистого сердца

 

Я родилась в солнечный день, день закрытия московской Олимпиады, когда растроганные москвичи и гости столицы махали руками вслед улетающему мишке.

Может быть, именно благодаря этому, мои сказки рождаются спонтанно, по вдохновению. Прилетают, как тот самый мишка, придуманный замечательным художником

Виктором Чижиковым.

Большинство сказок и рассказов - о детях и их родителях. Согласитесь, вокруг нас - одни сплошные истории!

Я не пытаюсь рассказывать их за детей, чаще описываю то, что вижу.

Или из авторского лукавства немного додумываю.

Что-то приходит из традиционного славянского фольклора.

Так или иначе, у каждой сказки - свой источник. Но настоящей она может считаться только в том случае,

если рождена от чистого сердца.

 

С наилучшими пожеланиями,

Ирина

 

Человек, который любил все считать

 

Жил-был человек, который любил все считать.

В детстве ему как-то сказали: «Не ешь много мороженого, а то заболеешь!». Он забыл спросить «Много – это сколько?», но с той поры начал считать:
мороженое, которое съел, машинки, которые разбил его младший брат Пеппе, марки, которые подарил ему папа и много чего другого.

Удивительно, но когда он вырос, то не стал ни бухгалтером, ни клерком в банке. По привычке он продолжал считать: книги, которые прочитал, платья и прически, которые меняет его любимая девушка, марки в пополнявшейся коллекции…

- Если я не найду себе профессию по душе, я, пожалуй, сойду с ума! – Так он шел по осеннему бульвару и грустно считал листья, падавшие ему под ноги.
Вдруг юноша поднял глаза на небо и начал считать собиравшиеся тучи.
-Эврика! – воскликнул он и побежал в ближайшее метеорологическое агентство. И с той поры он зажил счастливо, а город обрел лучшего метеоролога, какого только мог пожелать: ведь теперь наперед были сочтены все дожди, туманы и солнечные дни.
Правда, в вечерние дежурства, поднимая глаза на небо, метеоролог иногда задумывался, а не стоило ли стать астрономом?

 

Веское слово

 

Жила-была девочка. То ли Катя, то ли Маша, а может и Даша. История умалчивает. Жуткая была лентяйка. Даже расчесываться по утрам не любила. Мама ее ласково звала "Спутанные волосики". Но косички дочке не заплетала, потому что считала, что всему надо учиться самой. Такой у нее был метод воспитания. И говорила ей - вот посмотри на себя в зеркало, на кого ты похожа? Девочка дулась и зеркало переворачивала. Мама вздыхала, гладила ее по головке и уходила на работу.

Со временем девочка перестала умываться, чистить зубы и убираться в комнате. Зато она научилась принимать вид лежавших рядом с нею вещей, так что найти ее в этом кавардаке было просто невозможно! Когда в один прекрасный день мама вернулась с работы, она испугалась. Дочки в квартире не было!

А потом приехал папа из командировки. Радостный, с букетом цветов жене и конфетами для Кати (Маши, а может быть и Даши). Но тут выяснилось, что ребенок пропал, а дома завелся хамелеон. Папа рассвирепел и сказал свое слово. Веское слово.

После этого в комнате мгновенно был наведен порядок, и даже дочка отыскалась. А когда неряху и лентяйку отмыли, родители вспомнили, как она выглядит.

 

Папина работа

 

Вечером, с шести до восьми, в доме шуметь запрещалось: папа приходил из института и писал диссертацию.*** Темка иногда подходил к закрытой двери комнаты и прислушивался. Сквозь стеклянный полумесяц двери неярко горел свет, но что там делает папа – было не видно. Иногда только доносилось какое-то постукивание, словно маленькими молоточками, но мама говорила, что это папа выбивает свою трубку, и отгоняла Темку от дверей.

Около девяти папа с загадочным видом выходил из комнаты, а мама готовила на скорую руку легкий ужин. Темка быстро съедал свою порцию и получал стакан молока и печенье. Пока родители ужинали, он прохаживался по комнате мимо папиного рабочего стола. Слева от стола стояла большая картонная коробка. Мама говорила, что в коробке папина диссертация и прочие документы, и настрого запретила Темке туда лазить.
В столе у папы всегда лежала куча новеньких тетрадок, в которые тот (как многие бы сказали «по старинке») переписывал понравившиеся ему фразы из разных умных книжек. Мама говорила, что давно пора было написать свою книгу, а не переписывать чужие. Папа закатывал глаза и уходил фурчать трубкой на кухню. Залезать в стол Темке тоже запрещалось: все еще помнили его прошлые эксперименты, когда он изрисовал часть папиных тетрадок парусниками. Мама сделала страшные глаза, когда увидела, а папа посмеялся и сказал, что теперь ему будет веселее писать конспекты. Что такое конспекты Темка не знал, но знал, что мамины страшные глаза и слово «всыпать» близки по смыслу. Было очень любопытно, что в коробке, но рисковать не хотелось.

После ужина родители вставали из-за стола, мама принималась мыть посуду, а папа читал Темке «Приключения капитана Врунгеля» или что-нибудь про пиратов.

В эту субботу Темке исполнялось шесть лет и должны были прийти бабушка с дедушкой. Мама с приподнятым настроением весь день рассуждала о том, как она будет сообщать хорошие новости родителям, и какие они (Тема с папой) у нее молодцы. Вот только она постоянно забывает сложное название папиной диссертации.

Пока папа с Темкой переживали очередные приключения бравого капитана и его помощника, мама с таинственной улыбкой зашла в другую комнату и закрыла дверь.

Вдруг послышался вопль и мама громко позвала папу:
- Сережа!

Папа поправил очки, побелел и очень медленно вышел в соседнюю комнату. Темка был так увлечен книжкой, что не обратил внимания. Послышалось непонятное перешептывание, и мама несколько раз повторила:

- Ах, Врунгель, Врунгель, говоришь?! Я тебе покажу Врунгеля!
А папа оправдывался:

- Ну, что ты! И могла бы спросить, между прочим! Вовсе я не врун и не Врунгель, а очень даже честный!

На следующий день Темка проснулся, как ни в чем не бывало. Он лежал в кровати и мечтал о том, что же ему подарят родители в этот раз. Через пару минут дверь тихонечко скрипнула и отворилась. Папа с гордым видом внес в Темкину комнату настоящий маленький фрегат!

- Урра! – Темка вскочил на кровати.

- Да, – сказал папа. – Сделал своими руками. Но давай не будем звать ее «Бедой», лучше «Победой». Или в честь мамы – Викторией, ведь Виктория и значит – «Победа».

Мама хитро улыбалась из-за папиной спины. Тут зазвонил телефон и она подошла:
- Алло? Да, конечно, приходите.

- Да, да! – поддержал папа. – Пусть приносят много подарков Темке, а главное – полюбуются моей диссертацией – «Создание фрегата в домашних условиях для любимого сына».

__________
***Это такая важная толстая рукопись, в которой ничего не понятно и на которую уходит много времени. Что-то вроде сочинения для взрослых на самые разные темы.

 

Сказка про маленького ушастика

 

С детства я думал, что весь из себя такой особенный, потому что могу шевелить ушами. Потом оказалось, что ими умеют шевелить мои мама и папа, бабушка с дедушкой, наш сосед и вся его семья впридачу, и кто только не. Я расстраивался и плакал. Мама меня утешала и говорила – вот погоди, это у тебя еще маленькие уши, а подрастешь… Тут я начинал реветь еще громче и меня абсолютно не интересовало, что будет, когда я подрасту. Поэтому в разговор вступал папа. Он нежно отодвигал маму и говорил тихо и внушительно:

- Глупенький! Подрастешь, твои уши станут еще больше! И когда тебе кто-то понравится, ты сможешь укрывать ими от дождя не только себя, но и кого-нибудь еще, такого симпатичного и дорогого! И тебе совсем будут не нужны все эти придумки – зонтики какие-то!  Фу, совсем не романтично!

- Да-да, - влезал в разговор дедуля, - от больших ушей такая польза! Вот рассерчает на тебя кто-нибудь, за то, что ты весь обед сожрал загодя, а ты ухо к земле прислонишь, слышишь, а там топот такой, топот! И ну, деру!

На этом месте деду обычно не давали договорить, так как бабушка гневно трубила в хобот, и он предпочитал поскорее воспользоваться своим же советом и удрать. А я тихонечко цеплялся за мамин хвостик  и, посматривая на соседскую девчонку, шел вместе со всеми на водопой. Девчонка краснела и закрывалась от меня своими прекрасными большими ушами. Я опускал глаза и спотыкался, а папа слегка поддерживал меня сзади и чуть слышно улыбался широко и добродушно.

 

Лучшее средство для похудения

Раз в месяц, страшно сказать, Софья Петровна травила тараканов! На деле, это происходило так: внука Федю отправляли гулять с дедушкой, а бабушка… Бабушка усаживалась перед кухонной мойкой и жалобно говорила:

- Дорогие мои, все понимаю… Но, не могли бы вы, наконец, куда-нибудь переселиться? Сухари посушить не успеваю, ягоды для варенья убегают от меня врассыпную, сахара хватает только на пару чашек кофе. Мой многолетний брак находится под угрозой! Муж считает, что я на старости лет стала плохой хозяйкой…

Тогда вперед выступал предводитель тараканов и ответственно заявлял:

- Что ж… Мы готовы пойти на уступки, но только в одном случае.

Софья Петровна, вздыхая, но, не теряя надежды, соглашалась… И неизменно проигрывала.

На этот раз Федя на прогулке капризничал, топал ногами, и рассерженный дедушка, не вытянув положенного времени прогулки, решил, что пора домой. Каково же было удивление обоих, когда вернувшись, они  обнаружили в начале длинного коридора у входа в квартиру большой кусок пирога.

- Что еще за напасть! – проворчал дедушка.

- Не напасть, а единственное наше спасение! – донесся из кухни жалобный голос Софьи Петровны.

Федя, прошмыгнув вперед деда на кухню, обнаружил бабушку на изготовке перед насыпанной солью и перцем стартовой дорожкой.

-Бабушка, ты тренируешься? – изумленно спросил он.

- Если бы, - охнула она, промокая лоб салфеткой. – Спасаю дом от тараканов. По взаимному уговору – без лишних жертв. Только, что-то наши экономические потери с каждым месяцем становятся все больше, а поблажек никаких! – сурово добавила она. – Осторожно, не наступи на соперника. Только что был фальстарт, у меня остался последний шанс выиграть этот забег.

Огромный таракан надменно расправлял усы возле перчено-соляной дорожки.

- Так-так, - сказал дедушка, ухмыляясь. – А как посмотрят наши собратья по планете на замену в команде, так сказать?

Таракан хмыкнул. В рядах его поддержки неодобрительно замахали флажками из спичек и кусочков сыра.

- Мы против.

- А знаете ли вы, что международными Олимпийскими правилами, еще со времен барона Кубертена каждая команда имеет право на замену? Да и вам же лучше. А то, вдруг Софья Петровна не туда наступит… А бегать в очках Олимпийским комитетом запрещено! – солидно произнес дедушка.

Тараканы посовещались. Из рядов немногочисленной тараканьей оппозиции донеслось:

- Стыдно соревноваться с пенсионерами! Так держать, дед! Даешь  реформы! У рыжего в прошлом месяце от упавших очков были травмы!

Тараканы выпихнули вперед своего собрата с забинтованными усами.

- Цыц! – сказал главный Таракан.

Упоминание имени барона де Кубертена произвело свое впечатление.

- Валяйте!

- Что ж. – Дед ласково взял жену за локоток. – Петровна, отдохни. Мы делаем рокировку. Финиш, я так понимаю, в том конце коридора – у пирога?

Таракан кивнул.

Дедушка что-то шепнул на ухо Феде, и тот с радостью сменил бабушку.

Бегуны приготовились.

- На старт, внимание, марш!

Зря тараканья группа поддержки махала палочками, кусала с досады сыр и презрительно бросала спички в сторону противников. Когда через некоторое количество времени их лидер достиг начала коридора, там уже стояло все семейство Васильевых. Федя держал кусок пирога.

Усы таракана безжизненно опустились. В сумерках тараканий табор покинул квартиру.

 

- Я сбросила 5 килограмм за полгода, представляешь? Бег, кофе без сахара… - хвасталась Софья Петровна соседке.

- Да, что ты! Надо попробовать! – соседка одобряюще кивала головой. – Вот только отказаться от сладкого, боюсь, у меня не получится.

- Ничего, ничего, - улыбнулась Софья Петровна…

 

Желание

 

Понькин дом стоял возле железной дороги. По ночам по потолку пробегали окошки света, и Поньке казалось, что она мчится куда-то  вместе с ними. Едет, едет… В окошках поезда были такие же горшки с цветами, как и те, что стояли у нее на подоконнике в комнате, и их листья весело кивали ей в ответ. Все это можно было увидеть, если лежать на спине, а если повернуться и лечь на живот – то взгляду открывалось  небо. Звездное летом и синее, подсвеченное лунным сиянием, зимой.

Поньке больше нравилось наблюдать за поездами, но они ходили не так уж часто, и она успевала заскучать.

Она слышала, что на небе тоже есть своя дорога, но из окна ее не было видно. Понька подумала, что было бы весело проехать в таком солнечном поезде по этой дороге. Наверняка она была гораздо шире, чем та, что оставляли днем самолеты. Волшебник из сказки сказал, что по этой дороге, а точнее Млечному пути, можно пройти только один раз, если очень захотеть. Понька надула от старания щеки, ей казалось, что так волшебник непременно поймет всю важность ее желания, закрыла глаза и подумала…

Поздно ночью в комнату заглянула мама. Понька спала, разметавшись по кровати, одеяло почти съехало на пол. Поправив его, мама подошла к окну. Прямо к нему подходила большая светлая дорога из звезд и лунных конфетти, по которой петлял веселый желтый поезд. Луна улыбнулась и приложила палец к губам.

 

Маленький человек и большая такса.

 

Жил на свете маленький человек и была у него большая такса. Дважды в день - ранним утром и поздним вечером они выходили гулять на аллейку, что пролегала вдоль их дома.

-Какие звезды, а! – говорил человек, останавливаясь и разевая рот. – Вот бы мне стать больше, тогда и звезды будут ближе!

Такса тихонько подталкивала его носом вперед.

«Вот бы у хозяина была больше зарплата» - думала она, - «Тогда он  покупал бы мне косточку покрупнее». Но зарплата у хозяина была маленькая. Единственной его подработкой было рисование картин по вечерам. Он очень любил животных и часто рисовал друзей таксы. Приходилось и кошек, но только когда такса спала и не видела, что он рисует. Такса кошек не любила. А картины он чаще дарил, чем продавал, оттого и приработка не было почти никакого.

Вот и этим поздним вечером вышли они на прогулку. Звезды сегодня сияли ярче, чем раньше.

- Опять зазевается, - подумала такса. Так и случилось. А дальше – и того хуже! Человек сделал шаг вперед и попал в лужу. Огромную лужу!

- Помогите! Спасите! – кричал он.

Большая такса бросилась ему на помощь и вытащила его из лужи. Он дрожал от холода, а добрая такса вылизывала его своим языком.

- А теперь, - сказала она, – тебя надо засунуть под батарею и напоить касторкой, чтобы не простудился.

- Нет, нет! Не надо касторки! – взмолился человек и проснулся. Такса смотрела на него большими умными глазами и улыбалась.

- Моя спасительница! - сказал он. - С добрым утром! А теперь, пойдем завтракать и я дам тебе самую большую косточку!

 

Поделившись с друзьями, вы помогаете нашему движению
Прочитано 1964 раз

Последнее от Татьяна Шипошина. * Главный литературный редактор ТО ДАР. Председатель ТО ДАР