Татьяна Волошина-Орлова. Предчувствие прекрасного

Автор :
Опубликовано в: Десерт-акция. Проза.

Подготовила Татьяна Шипошина

 

Рассказывает Татьяна Волошина-Орлова

Родилась и живу в Молдове, в довольно тихой и зеленой ее столице – городе Кишинёве.

Мои университеты – это факультет культурной антропологии в университете Высшая Антропологическая Школа (ныне культурный центр и редакция всемирно известного научного журнала Stratum+). Помимо университета это путешествия: поход на Алтай к подножью горы Белухи, поездки В Карелию, Индию, Германию, Америку.

4 2

Моим литературным образованием можно назвать участие в различных международных семинарах и фестивалях для молодых писателей. Была участником нескольких форумов писателей в Переделкино, 14-го,15-го,17-го и 18-го форума молодых писателей от фонда C.А. Филатова (мастер-класс «Детская литература»), выпускница творческой мастерской Анны Никольской ТАН-7 и ТАН-11.

4 4

 

4 3

 

Лауреат международных литературных конкурсов

дипломант премии В. Крапивина (2019 год,

III место в конкурсе «Новая сказка 2018» от издательства «Аквилегия-М»,

шорт-лист III конкурса рассказа имени В.Г. Короленко,

финалист конкурса «Zа-za», а также лауреат премии для молодых писателей «Под сенью Долны» РЦНК в Молдове.

 

Публикации в журналах «Юность», «Москва», «За-за», «Эмигрантская лира», «Южное Сияние», «Русское эхо», в сборниках «Новые писатели» и «Детская литература: новые имена» (по итогам форумов от фонда C.А. Филатова).

 

Автор книг: «Вариации солнца» (сборник рассказов, вышедший в Молдове при поддержке Министерства культуры по результатам республиканского конкурса) и «Моя первая азбука» (стихи для детей).

4 6

 

Детская литература для меня - самая первая любовь, которой я не могу изменить до сих пор. Это двери в мир потерянного, но существующего рая, в мир где можно укрыться от невзгод, найти точку опоры и жить дальше. Детская литература – это самый лучший лекарь душевных ран, источник гармонии, спокойствия и вдохновения. Это ключ к радости.

Любимых книг в детстве и сейчас было слишком много, чтобы их перечислять. Полюбила чтение благодаря «Волшебнику изумрудного города». Самая первая обожаемая мной сказка – про синюю птицу в пересказе моей мамы, а еще сказки про мои игрушки, придуманные моей бабушкой (она у меня врач и писатель). Книжка, которую я всегда буду помнить – сказки молдавской писательницы Лидии Хлиб «Метеола Королева Ночей». Зачитанная до дыр книжка это – «Академия Пана Кляксы». Обожала книгу «Мушкетёр и фея» Владислава Крапивина – невероятно рада была получить диплом с его подписью – для меня большая честь (я дипломант премии В. Крапивина (2019 год). Сейчас люблю Туве Яссон, Сергея Козлова и современных детских писателей, чьи книги с удовольствием покупаю.

Как хобби на сегодняшний день могу отметить любовь к фотографиям микро-мира и игрушечных миниатюр. Когда-то рисовала, пела в хоре, сделала два мультфильма. Один мультфильм по собственному стихотворению «Ритм» вошел в шорт-лист конкурса видеопоэзии Волошинского фестиваля.

Ссылка на анимацию:

https://www.youtube.com/watch?v=kjM8fEezyHQ

4 7

 

 

ТЕТУШКА ЛАВ

(из цикла ароматные истории)

Тетушка Лав жила уединенно в платяном шкафу среди пальто, свитеров и шляп. Вот уже много лет она охраняла шкаф от нападения моли. Но моль давненько не залетала сюда. Тетушка Лав потихоньку старилась и бледнела. Но были у нее и свои маленькие радости. Ей нравилась нырять в петли теплых вязаных свитеров, будто это были волны – белые, голубые, зелёные и даже розовые. А еще она любила прятаться в меховых воротниках, но это реже. Если прячешься, обязательно нужен тот, кто будет искать. А у тетушки Лав была всего одна подруга – королева из хрустального флакона. Королева иногда гостила у нее и была, увы, тоже одинока. Ее флакон стоял не на кухне, где жили все запахи, а в спальне. Вместе с тетушкой Лав они любили вздыхать, размышлять о жизни и о вещах, которые то появлялись, то исчезали из шкафа. Какие-то почти никогда не покидали шкаф, а какие-то, как черная кофта, только ночевали в нём.

В то утро шкаф, как обычно открыли и тетушка Лав вышла на встречу своей подруге. Но на пороге стоял сильный мужской парфюм. Тетушка Лав никогда не встречала мужской парфюм и знала об этих ароматах только понаслышке от своей венценосной подруги. Что он тут делает? – удивилась она.

– Дорогая, познакомься! – следом в шкаф вошла благоухающая от радости королева. – Его зовут Пако Робане. Он мой друг и теперь мы с ним… вместе.

– Вы король? – преградила ему путь тетушка Лав.

Пако Робане сразу показался ей очень подозрительным.

– Он не понимает по-нашему, – примирительно сказала королева.

Пако Робане кивнул:

– Не понимает. Очень рад.

И пролез в шкаф. Тетушка Лав поджала сухие губы и демонстративно отвернулась, чтобы нырнуть в розовый свитер. Но его не оказалось на месте.

– Что сегодня с этим миром не так? – нахмурилась тетушка Лав. Розовый свитер еще никогда не исчезал из шкафа. Зато вместо него, среди бела дня, появилась чёрная кофта. Но перемены на этом только начались. Вскоре в шкаф попали новые вещи. Они были мужские, грубые и Пако Робане важно восседал на них как самый настоящий король.

Не король, а фальшивка! – злилась тетушка Лав. И как моя милая королева терпит его? В шкаф прибывали новые и новые вещи и мужские, и женские ярких радостных цветов, а вместе с ними, под воротом пиджака пробралась… моль. Она тихонько просидела весь день, а ночью, когда все уснули, выпорхнула и полетела откладывать яички. На удачу тетушка Лав проснулась. От старости, а может и по старой привычке у нее был очень чуткий сон.

– Моль! – закричала она и бросилась оборонять шкаф от неприятеля, вернее, неприятельницы.

Моль оказалась крупная, сильная и молодая. Прогнать ее было не просто. Все-таки тетушка Лав была старенькая и слабая. Довольно потирая лапки, моль уселась на шляпу – отличное место, чтобы растить выводок обжор – и тепло и еды целая шляпа. Тетушка Лав и так, и эдак пугала неприятельницу. А моль даже усиком не повела.

Тетушка Лав совсем отчаялась и тут появился Пако Робане. Он как дохнул на моль, та кувыркнулась со шляпы. Вместе с тетушкой Лав они быстренько прогнали ее из шкафа. Вещи были спасены.

– Спасибо! – сказала тетушка Лав Пако Робане, вспомнила, что он иностранец и добавила, – мулцумеск, что значит на каком-то иностранном языке спасибо, но Пако Робане кажется ее не понял, только радостно затанцевал.

С тех пор тетушка Лав не сердилась на Пако Робане. Она догадалась, что он король, но просто не любит говорить об этом.

– А если не король, ведет он себя достойнее чем многие венценосные особы, – часто повторяла она сама себе, когда ее друзья приходили погостить в шкаф.

4 8

Художник Анна Петрова

 

 

МЁД

(Из цикла ароматные истории)

Медовый аромат спал. Ему снилась юность в ярких цветочных юбках, солнце и теплые воздушные волны. Вот он покачивается на них и по ветвящимся все стороны рогам бегут приятные мурашки. Тогда его рога были тонкие, податливые и длинные. Они тянулись далеко-далеко к неизведанному, незнакомому и прекрасному миру, который хотели заключить в ароматные объятия. Самое-самое лучшее, чудесное и радостное ожидало впереди. Что это будет? Встреча, а может, путешествие тогда он только предчувствовал что-то смутно-прекрасное и чудесное.

И вот однажды он увидел их. Золотые с черными полосками они появились на рассвете, растревожили громким гулом воздух и похитили его. Они вынули его теплый сладкий нектарный домик из цветка и понесли далеко-далеко через луга и реки на пасеку.

Вот оно! Случилось! Приключение! Радовался медовый аромат, разглядывая облака, сады и деревья, пока не оказался в новом мире. Там было довольно душно и тесно. Вместо неба – деревянная крышка и маленькие квартиры-соты в которых жило много-много других ароматов. Все они то ссорились, то мирились, то галдели одновременно. Медовый аромат тут же устал от них, захотел уйти, но увы…. Это было невозможно. Тогда он потихоньку привык и тоже стал ссориться и мириться. Только галдеть не научился. Ему больше нравилось молчать и слушать других. А другие оказались совсем не плохими запахами. Однажды он внезапно понял, что любит каждого из них – кого больше, кого меньше, но любит, а когда понял, то неожиданно исчез.

Да-да! С ним случилось то самое смутно-долгожданно-чудесное. Он исчез и появился, но другим, не похожим на себя прежнего. Он превратился в тот самый густой медовый аромат, который живет в коричневой банке на кухне. У него появилось тяжелое ленивое тело и ветвистые, сильные рога, которые на самом деле оказались ароматными антеннами.

Мед проснулся и с улыбкой вспомнил как во сне по антеннам снова струился удивительный сладкий нектар оттуда, откуда приходит настоящее волшебство.

 

 

Посвящается светлой памяти моего папы... И сегодня как раз суббота. Один из рассказов про Тату и овечку.

В ОДИН ДЕНЬ

– В субботу папин день рождения и Новый год, – огорошила мама.

– Как это? В один день и то, и другое?

Я ушла в свою комнату думать. Что же делать? Какой выбрать праздник? Если Новый год, то можно наряжать ёлку, зажигать гирлянды и представлять, как в желтой лампочке колдуют желтые феи, в зеленой – зеленые, а в синей – злые и холодные. Но папа тогда останется без подарка. И тут я вспомнила, что в Новый год подарки получают все. Их приносит Дед Мороз и кладет под ёлку.

– Выбираю Новый год!

Я вернулась на кухню сказать об этом маме. Но там папа смотрел телевизор и смеялся, потому что скоро его праздник. Вот настанет суббота, папа утром проснется, а ему вместо «с днем рождения» скажут «с Новым годом», да еще потребуют подарков. Папа не обидится, конечно, но злые, холодные феи из синей лампочки могут его заколдовать.

Папа снова засмеялся и обернулся ко мне. Он еще не знал, что я выбрала Новый год. Мне стало очень грустно. Я вернулась в комнату, снова подумала и решила: выберем папин день рождения. А Новый год отпразднуем в следующем году.

4 5

 

ПОЛЕТЕЛИ

(Из серии про Тату, городское)

Мы с мамой и папой выходим в ночной город. Ой! Вместо асфальта и дорожек – черная страшная пропасть. Как же я пойду?

– Тата, полетели! – говорит папа.

– Полетели-полетели! – говорит мама.

Они крепко хватают меня за руки, поднимают и шагают вперед. Их ноги растут вниз, уходят в пропасть и бегут по ее дну. Вон какая от них тень длинная по стенам скользит. А я ноги поджимаю – ой-ой только бы не коснуться черноты и лечу до следующего фонаря. Там островок, где можно немного передохнуть и дальше от фонаря к фонарю, пока не вырастут длинные-предлинные ноги и я сама не пойду по дну черной пропасти.

 

СЕМЬ С ПОЛОВИНОЙ ЧАСОВ ДО КОНЦА ЛЕТА

(про Тату, Тона и Кита, последнее, летнее)

Дед пилит прозрачную черешню.

– Хырк! Хырк! – сплевывает щепки пила.

– Уба-ба! – шлепает губами дед и переводит дух.

Он говорит, что на будущий год посадит новое дерево. На самой верхней ветке дрожат три желтых листа. Через шестнадцать часов наступит осень. Это все Тон. Ему завтра в школу. Он бегает с будильником и то и дело сообщает: «Восемнадцать часов до осени… Семнадцать часов до осени… Шестнадцать часов…». Я роюсь в земле и мне кажется вместе с землей сквозь пальцы сыпется лето. Я не хочу новое дерево, я хочу, чтоб оставалась эта черешня. Мы еще не успели свить на ней гнездо или построить домик...

– Деда! А почему деревья надо спиливать? – спрашивает Кит.

– Старе-е-ют они, – вздыхает дед и снова принимается пилить.

– И что? Ты тоже старый. – не унимается Кит, – тебя же никто не пилит?

Дед смеется.

– Еще как пилит. То тетя Маша, то тетя Лида…

– Ну дед! Скажи про дерево. За что его? – кричу я.

– Уба-ба. Дерево должно приносить плоды. А это не приносит. Нынче всего корзину ягод собрали. Небось вы их даже не ели.

– В них червяки были.

– Червяки... Чем они вам помешали? Мясо небось любите.

Дед не в настроении. Я думаю про ягоды. Это были последние, для нас, а мы их выбросили.

– Все. Гэкнитесь отсюда черти полосатые. Хватит под руку вопросничать.

Нет, дед не сердится. Ему грустно. Ищу маму. В домике никого. Запинаюсь о ведра с урожаем, накрытые полотенцами. В меня пышет влажный яблочно-травяной запах. Мама за домом раскладывает по конвертам высушенный цикорий для дедушки. Ее ноги щекочут сиреневые цветы. Их сейчас много везде расцвело, интересно, для чего они? Точно не для глаз, потому что сиреневых глаз не бывает.

– А эти сиреневые цветы как называются?

– Бессмертники.

– Ого! Они для того, чтобы стать бессмертным? Как в сказке?

Позади валится спиленная черешня. Я бегу обратно к деду. Тон и Кит тоже. Мы толпимся и маленького свежего пня. Сажусь на корточки, чтобы посчитать кольца – так мы часто делаем с папой, когда гуляем в парке. Раз, два, три… Я сбиваюсь, снова считаю. Мне помогает дед:

– Тридцать. Я посадил его тридцать лет назад вместе с бабушкой.

Мы замолкаем. К нам подходит мама.

– Ммм… говорит она, – черешней пахнет! Чувствуете?

Я принюхиваюсь… Точно! Мы набрасываемся на пень и жадно нюхаем его, будто это пирог. Аромат как черешневое варенье. Вот же чудо!

– Спасибо дерево! – шепчу я и прошу деда отпилить мне небольшой кусок ветки – буду всех угощать «вареньем».

– И мне! – требует Кит

– И мне! – говорит Тон и сообщает – до осени восемь часов.

Лета уже совсем мало осталось. Вот-вот за нами приедет папа. Я смотрю на деда и мне тревожно. Он очень старый, намного старше чем это дерево! И мама старше дерева и… папа. Они есть, а дерево спилили. Деревья, конечно не то что люди. Но… Пока все таскают сумки к машине, я бегу на холм рвать бессмертники. Один, второй, третий. До конца лета еще целых семь с половиной часов. Нужно набрать букет побольше. Чтобы всем хватило и деду, и маме и папе, и тете Лиде с тетей Машей, бабушке Сандре и корове Василисе. А если останется нам с Тоном и Китом, хотя мы еще не старые. Холм – это спина Лаура-Балаура, поэтому все, что на нем растет волшебное. Я представляю, как мы будем пить бессмертный чай и вспоминаю про деревья. Потом полью этим чаем каждое дерево, а еще дедушкин дом и Овечку. Пусть будут всегда.

4 1

Поделившись с друзьями, вы помогаете нашему движению
Прочитано 389 раз