Подготовила Екатерина Лазаренко

 

 

УРА! У НАС КАНИКУЛЫ!

Первый день лета. Долгожданные каникулы! Такие радостные и беззаботные! Сколько всего интересного ждет! Новые встречи, друзья, приключения, море или речка, купание,  футбол и волейбол и … никакой школы. Будто ее и не было никогда!

 

Конечно, мы – взрослые – знаем, что не все и всегда так уж беззаботно. Мы знаем точно, сколько есть разных опасностей больших и маленьких, на которые дети просто не обращают внимание.

Мы точно знаем, как от многого нам нужно их защитить. И это – грустное знание.

Но в этот день хочется быть такими же радостными и беззаботными, как дети!

Ничего не бояться! Смело пускаться в приключения! И точно знать только одно – все будет хорошо! Все обязательно будет хорошо!

 

Сколько раз эта твердая уверенность выручала нас в детстве. Помогала нам найти выход, пусть даже наивный, из самых сложных ситуаций. Сколько добрых и щедрых людей нас окружало и окружает.

 

А поэтому, несмотря на наше взрослое грустное знание, пусть это подборка рассказов о лете будет радостной, озорной, немножко непредсказуемой и по-настоящему детской.

 

 Мы очень надеемся, наши дорогие читатели, что наши истории вам понравятся!

 

Найдите минуточку или даже парочку, летним вечером, например, и почитайте!  

А потом напишите нам! Мы ждем ваших отзывов!

 

В День Защиты детей мы даже решили не делиться на прозу и поэзию... 

 

Юлия Камышева

ЗДРАВСТВУЙ, ЛЕТО!

 

Солнце рыжим апельсином

Засияло в небе синем.

От его лучей горячих

Распахнулись окна дачи.

От его прикосновений

Распустился куст сирени.

От его улыбки рыжей

Рассмеялся в чаще рыжик.

Тут же отозвалось эхо

Звонким беззаботным смехом.

Если ты услышал это,

Громко крикни:

– Здравствуй, лето!

 

Ольга Яралек

СЕКРЕТИКИ

 

Летним вечером во дворе было очень здорово. Если хочешь на солнце играть – пожалуйста, по центру большущая лужайка, обе горки тоже под солнцем. Хочешь в тени посидеть – пожалуйста, вокруг лужайки деревья растут: невысокие яблоньки и очень высокие тополя.

Я люблю бегать под солнцем, а потом упасть на скамейку где-нибудь в тени. Вот и сегодня вышла – и прямиком на горку: там уже копалась моя подружка Аня.

– Что ты делаешь? – спросила я.

– «Секретик», – таинственно ответила Аня.

Я заинтересовалась.

– И не расскажешь?

– Я же сказала, – удивилась Аня.

– Ты сказала «секретик»!

– Ну да, я сказала «секретик». Я «секретик» делаю.

– Ничего не понимаю. Как можно «секретик» сделать? Он или есть, или его нет.

– Ты не понимаешь. Вот, смотри, – и Аня показала на песчаную поверхность горки.

– И что? – удивилась я.

– Вот тут, – заговорщически показала подружка, – пальцем песок отодвинь.

Я сунула палец в песок и, наткнувшись на что-то твёрдое, отдёрнула руку.

– Ты что? – удивилась Аня.

– А что там? – спросила я.

– Ой… Отойди, я сама тебе откопаю, только сломаешь.

С этими словами Аня отодвинула меня и, наклонившись, осторожно начала пальцем сметать песок.

– Вот, смотри! – сказала она гордо.

Я увидела стекло, под которым что-то лежало. Наклонившись ещё ближе, я увидела цветок одуванчика и обёртку от конфет. Я тут же захотела сделать свой «секретик». Воображение разыгралось. Я подумала о пещере, где в хрустальном гробу лежит царевна! Или можно было вырезать из журнала «Мурзилка» человечков и тоже спрятать под стекло… Правда, идти домой за журналом не хотелось: хотелось немедленно сделать «секретик»!

– Здорово? – спросила Аня.

– Здорово! – ответила я.

– Давай делать вместе, – предложила Аня.

Мы начали бродить по двору в поисках чего-нибудь интересного.Я нашла какой-то крохотный шарик, мятую фольгу, два зубца от расчёски, кусочек клетчатой ткани. Ане повезло больше, в её руках оказалась игральная карта с красивым лицом девушки, большая бусинка и крышечка от духов. Потом мы отыскали по кусочку битого плоского стекла и понеслись делать свои «секретики». Тут во двор вышел Тёмка.

– Что делаете? – спросил он заинтересованно.

– «Секретики»! – ответили мы.

– Секретики? – переспросил Тёмка. – А что это такое?

– Ну вот, посмотри, – и я показала ему свой «секретик».

– Понятно, – Тёмка почесал затылок.

– А вот мой! – весело сказала Аня.

– И вот ещё мой! – позвала его я.

Тёмка пересмотрел все наши «секретики» и решил сделать свой. Он тоже долго бродил по двору, что-то подбирая и пряча в карман, а потом засел с обратной стороны горки и начал копаться. Через некоторое время он позвал нас. Мы вскочили и подбежали к нему.

– Вот! – гордо сказал Тёмка и показал на песчаную поверхность горки.

Наши глаза горели, но мы ничего не увидели, и потому стали смотреть на Тёмку.

– Что смотрите? Ищите! – сказал он.

– Ищите?! – возмутилась я. – Мы же тебе всё показали! А ты?

– А я не покажу! Это ведь «секретик». Значит, его нужно найти!

– Ничего мы искать не будем! – возмутилась Аня. – Это просто так называется, а на самом деле это вовсе и не «секретик»!

– Да? – ехидно спросил Тёмка. – Называйте, как хотите, свои «секретики», а мои нужно искать!

Я от злости пнула ногой песок на горке, и тут же к ногам Тёмки выскочило стекло и какие-то бумажки.

– Ты что? – завопил Тёмка и толкнул меня в плечо со всей силы.

Я упала и заревела, а Аня закричала:

– Ты чего дерёшься?

Тёмка, не долго думая, стукнул Аню и, подбежав к тому месту, где были зарыты наши «секретики», начал топтать и пинать землю. Я поднялась и побежала за ним, Аня вдогонку. Началась возня. Мы Тёмку с нашей стороны горки выпихиваем, а он нас толкает. То мы упадём, то он. Когда всё было истоптано и силы закончились, мы, грязные и потные, разошлись в разные стороны. Тёмка нам ещё и кулаком погрозил, сев на скамейку под яблонями; мы же с Аней стали восстанавливать свои сокровища.

– Ничего уже так, как было, не получится, – сокрушалась Аня.

– Пень, драчун противный, зараза, – зло шипела я.

Как мы ни старались, а может, и не сильно старались, но ничего у нас не получалось. В конце концов, я сама пнула ногой недоделанный «секретик» и отвернулась. Настроение было непоправимо испорчено.

Мы сели на траву рядом с горкой и начали ругать Тёмку всеми известными нам словами. Как назло, никто больше во двор не выходил: так мы и косились время от времени друг на друга.

Потом Тёмка куда-то исчез, но через некоторое время вернулся и опять пошёл к горке. Встал на колени и начал копать ямку, постоянно на нас оглядываясь.

– Давай как налетим на него! Да как толкнём! – предложила я.

– Не будем мы с ним связываться, – покачала головой Аня, поправляя юбочку.

Я зло вздохнула. Тут Тёмка поднялся и закричал:

– Эй, вы, недотроги! Идите, я вам что-то покажу!

– Нет уж! – закричала я. – Дудки! Мы уже посмотрели один раз, теперь все грязные сидим.

– Да идите, не бойтесь! – и Тёмка пошёл к нам навстречу.

– Не боимся мы нисколечко, – возмутилась Аня.

Тёмка подошёл и начал подталкивать нас с подругой к горке. Мы упирались, но шли. Нам и самим было интересно узнать, что он там такое сделал.

– Вот тут! – счастливо сказал Тёмка.

– Ты тут что – кустики посадил из травы? – удивилась я.

– Это не кустики! Это маскировка!

– Что? – не поняла Аня.

Тёмка быстро опустился на колени и стал аккуратно сметать землю. Под ней лежал лист то ли стекла, то ли плотной прозрачной пластмассы, а дальше – извилистый желобок, в который Тёмка умудрился засунуть всех своих солдатиков и даже какие-то военные машинки.

– А давайте прокопаем лаз от этого «секретика» к моему! – воскликнула я.

– Тоннель! Давайте, – обрадовался Тёмка, – тогда в случае обстрела «наших» у моих будет возможность отойти незаметно в тыл!

Весь оставшийся вечер мы дружно строили свой лаз. Было здорово!

 

Римма Алдонина

ЕДА дети говорят

- Ешь, ешь!

А то не вырастешь! –

Мне дома говорят.

А сами уже выросли,

Зачем тогда едят?

 

ВОПРОС  дети говорят

- Мам, ты меня учила

Ходить и говорить,

Чтоб мне потом

Сидеть молчком?

Чтоб бегать запретить?

 

КОГО СЛУШАТЬСЯ

дети говорят

Я буду маму слушаться,

А то она придет,

И мне тогда достанется,

И папе попадет.

 

БУРЯ  дети говорят

Смотрите! Дерево упало!

Оно сознанье потеряло.

        

ГЛАВНАЯ РОДНЯ

 

Всех важнее бабушки!

Так скажу я вам.

Потому что бабушки –

Мамы пап и мам.

Самая любимая

Главная родня!

Не было бы бабушек,

Не было б меня.

 

Рустам Карапетьян

БАБУЛЯ

 

- Коля, иди кушать!
- Сейчас!
- Кооооооляяя, кууушаааать!
- Ну-у-у бабушка, я сейчааас!
- Коля! Немедленно домой!

Ну вот вечно так! Только разыграешься с ребятами, а уже домой зовут! Как же бабушка не понимает, что я сейчас никак не могу просто так уйти. У нас ведь подготовка взлета полным ходом идет.

- Коля, шуруп тебе в подмышку!!!

Ну все, если бабуля так ругается, значит дело серьезно. Я начал спускаться с вышки.

- Придешь еще? - спросил Борька
- Не знаю, - вздохнул я, - как получится.
- Ну-ну, - усмехнулся этот гад. Словно не знает какая у меня бабуля строгая.

Я шел домой еле волоча ноги. Настроение никакое. Кое-как доплелся до квартиры. И тут меня переклинило: в глазах потемнело, ноги налились свинцом. Больше уже ничего не помню. Очнулся уже дома, за столом. В боку, куда был воткнут электрический разъем, приятно покалывало. Зарядка успокаивающе подмигивала.

- Очухался, гулена! - бабушка угрожающе склонилась надо мной, - а если бы у тебя заряд на улице кончился? Так бы и свалился со своей вышки, а?
- Ну ба...
- Что ба? Что ба? Ты мне тут не бабкай, а давай заряжайся до отвала. А то вечно перехватываешь на бегу...
- Бабуль, а можно я потом еще пойду поиграю, ну пожалуйста, ну ты же у меня самая добрая...

Наверное, я сделал очень несчастные глаза. потому что подействовало, и бабуля смягчилась:

- Ладно уж, иди. Только учти: часика два не больше. И гляди у меня, по лужам не шлындай. Замучилась уже сапоги от коррозии очищать. Да на обратном пути в магазин заскочи, плутония килограмма два возьми, а то мне блины печь не из чего.

 

Елена Овсянникова

САМОЕ СТРАШНОЕ ПРИВИДЕНИЕ

 

Будет самым страшным в мире

Привидение в квартире:

Я накину простыню -

То-то страху нагоню!

-Ой,боюсь,- воскликнет мама,

-Ой,боюсь,- воскликнет дед,

Призрак глухо, как из ямы

«У-У-У» завоет им в ответ…

Я прокрался в коридор,

Вдруг бесшумно из-за штор

Кто-то в белой простыне

Двинулся навстречу мне!

- Ой, боюсь! Включите свет!

Мамочка! На помощь! Дед!

Свет зажгли, но отчего же

Так хохочет вся семья?

- Самого себя, похоже,

В зеркале увидел я!

 

Майя Лазаренская

ШЛЁП-ШЛЁП-ШЛЁП

 

Спать совсем не хотелось. Хорошо Полинке, осталась за старшую и думает, ей всё можно. Сидит в соседней комнате за компьютером, со включённым телевизором. А тут мучайся одна в темноте. Приглядывайся, что там за стулом прячется.

Дашка вертелась с боку на бок и дулась на Полину. Уложила её одну, да ещё тараканом беззубым обозвала, будто у самой зубы всегда как бессменные часовые на посту стояли. Сестра, тоже мне.

И почему ночью комната так меняется? В углу стол, рядом шкаф, напротив тумбочка. Всё как обычно. Но стоит выключить свет, как неясные тени, словно мохнатые тарантулы, выползают изо всех углов и ну пугать не успевших уснуть детей.

Дашка уснуть обычно не успевала.

Уличный фонарь проложил посередине комнаты светлую дорожку. Ой, что это там под окном? Кажется, ползёт в сторону кровати! Или не ползёт? Лежит. Не шевелится. Уф, да это же носок! Упал, видимо.

И что это родители надумали в пятницу вечером на дачу уехать? Сейчас они живо заставили бы сестру спать лечь. А вдвоём в комнате не так жутко.

Даша попробовала отвернуться к стенке, но по спине тут же пробежал холодок, и стая испуганных мурашек устремилась к затылку. Ой нет! Лучше видеть врага в лицо.

В соседней комнате погас свет и скрипнула кровать. Значит, Полинка решила остаться там.

«Я всё родителям расскажу, – сердито думала Даша. – Пусть только приедут!»

За окном что-то хлопнуло и тоскливо завыл осенний ветер. Голые ветки противно царапали по стеклу.

– Полина, иди спать сюда, – жалобно пропищала Даша. – Мне страшно!

– А ты что, до сих пор не уснула? – удивилась сестра.

– Я не могу – я боюсь! Ты мне хоть свет включи!

– Ну уж нет! Вырабатывай характер, а то так трусом на всю жизнь и останешься! - фыркнула Полина. – Спокойной ночи!

– Фантик! Фантичек! Хоть ты приди, – позвала Даша котёнка.

Котёнок оказался добрее сестры, и Даша почувствовала, как по ногам прошагали четыре маленьких лапки. Пощекотав её усами, котёнок свернулся клубком на подушке и, довольно урча, заснул.

«Так-то лучше», – подумала Дашка, радуясь живой душе.

Девочка закрыла глаза и, чтобы скорее уснуть, стала считать котят. Можно было, конечно, представлять барашков, как советовала всегда мама, но Даша больше любила кошек. Котята разбегались по зелёной лужайке и считаться совсем не хотели.

Раз котёнок – прыгнул в бок, два – бежит наискосок, три котёнок – сел за кустик, а четвёртый очень шустрый.

Тут в пустом коридоре послышались странные звуки: шлёп-шлёп-шлёп.

Дашка тут же открыла глаза. Фантик мирно сопел рядом с ней, значит, по коридору ходить никак не мог. Полина не вставала. Что же это?

Даша натянула одеяло повыше и затаила дыхание.

Шлёп. Шлёп. Шлёп. Приближалось к её комнате.

Фантик даже ухом не пошевелил. Только лапы во сне дёргались да усы иногда топорщились. Дрыхнет, охотник!

Полежав ещё немного, Дашка выскочила из-под одеяла и опрометью кинулась в комнату родителей. Стараясь высоко поднимать ноги, чтобы за пятки никто не поймал, она подбежала к кровати и прыгнула прямо на сонную сестру.

– Ты что, совсем с ума сошла? – грозно вопросила Полина.

– Н-не-ет, у нас кто-то ужасный завёлся и по коридору шлёпает! – заикаясь, проговорила Даша.

– Что ты опять выдумала? – недовольно заворчала сестра. – Наверняка Фантик с мячиком играет.

- Н-не-ет. Фантик на подушке спит, а там… там кто-то ходит! Сама послушай!

– Ладно уж, – вздохнула Полина, – спи со мной. И чего только не придумаешь, чтобы меня разжалобить! Ну, если у тебя к утру длинные серые уши отрастут, смотри, я не виновата! Зайчишка-трусишка, – усмехнулась Полина.

– Не отрастут, – буркнула Дашка, устраиваясь под большим тёплым одеялом. И ноги на всякий случай к себе прижала.

Стоило ей закрыть глаза, как из коридора донеслось: шлёп-шлёп-шлёп.

Дашка почувствовала, как лежащая рядом Полина напряглась.

– Слышишь? – шёпотом спросила она старшую сестру.

– Угу, – так же тихо ответила Полина. – Может, Фантик?

Тут в комнату вошёл котёнок. Словно его позвали. Почувствовал, видимо, что хозяйки рядом нет, а один спать тоже не привык.

 – Ну вот, – засмеялась Полина, – говорю же – Фантик! А то нагнала страху!

Мяукнув, котёнок запрыгнул на кровать и, устроившись между девочками, «включил трактора» – замурлыкал то есть.

Облегчённо вздохнув, сёстры снова закрыли глаза.

Шлёп-шлёп-шлёп – отчётливо послышалось снова, и на этот раз гораздо ближе.

– За мной идёт, – с ужасом подумала Дашка.

Фантик перестал мурлыкать и заснул.

– Ну, теперь ты видишь, что это не он? – прислушиваясь к странным звукам, пихнула сестру в бок Даша.

– А кто же тогда? – Полина встала и решительно включила свет.

В комнате никого, в коридоре тоже. Она прошла по всей квартире – абсолютно пусто!

Вздохнув, Полина снова выключила свет и легла.

Шлёп. Шлёп. Шлёп. Совсем рядом с кроватью.

– Мамочки! Я боюсь, – взвизгнула Даша, ныряя с головой под одеяло.

Полина резко включила свет и уставилась туда, откуда доносились звуки. Никого.

Разбуженный Фантик удивлённо мяукнул, но тут же снова накрыл мордочку лапой и уснул.

– А давай оставим свет! – дрожащим голосом попросила Даша.

– Давай! – на редкость быстро согласилась Полина.

Но стоило девочкам закрыть глаза, как загадочное шлёпанье возобновилось около пианино, стоящего у противоположной стены.

Сёстры вскочили как по команде и посмотрели на пол – никого.

– Совсем обнаглело! – прошептала Полина. – И света не боится.

– Да-да, – согласилась Даша, поджимая ноги к самому подбородку. – А если оно нас съест, как только мы уснём?

– Не говори глупостей, никто нас съесть не может! – неуверенно проговорила Полина.

А Даша даже порадовалась немного, что к утру уши серые не только у неё отрастут.

Борясь со сном, девочки всю ночь просидели на кровати, и лишь когда рассвет погасил последний уличный фонарь, сёстры наконец смогли уснуть.

Переживая, что дочки надолго остались без присмотра, мама вернулась с дачи на день пораньше. И привезла полные сумки вкуснейших яблок. В тазы тут же посыпались кислая антоновка, сладковатая боровинка, полосатая коричневка с ароматом корицы. До самой ночи варили варенье.

Когда пришло время ложиться спать, Даша вспомнила про ночное привидение. Но мама, конечно, в него не поверила.

– Вы мои трусишки-фантазёрки! Ложитесь спать, завтра папа вернётся, ещё нам работы привезёт.

На этот раз Дашка уснула почти мгновенно. Полина тоже, прижав к себе урчащего Фантика.

Но среди ночи их разбудило мерное «шлёп-шлёп-шлёп».

– Полина, ты слышишь? Оно вернулось! – громко зашептала Даша.

– Да, – охнула Полина.

Недолго думая, сёстры вскочили и побежали к маме, не забыв прихватить спящего Фантика.

– Вот глупышки, сами не спите и кота таскаете, – посмеялась мама. – Ладно уж, ложитесь здесь.

Только вся семья устроилась поудобнее, как вновь послышались подозрительные звуки.

«Шлёп-шлёп-шлёп» подбиралось к родительской комнате.

– Мама, не спи! – захныкала тут же Даша. – Оно сюда ползёт! Послушай!

Шлёп – и затихло.

Шлёп – и ничего.

Шлёп. Шлёп – уже рядом с кроватью.

– Мышь! – взвизгнула мама, быстро включая свет.

Никого. Даже мышиный хвостик не мелькнул. Спать сразу всем расхотелось. Мышь, конечно, не привидение, и её Даша совсем не боялась, но   были сильные сомнения в том, что это действительно маленький серый гость не даёт им спать. Уж кого-кого, а мышь Фантик бы давно учуял. А тут спит как ни в чём не бывало и ухом не ведёт!

– А может, оно за пианино прячется? – спросила Даша.

– Давайте в него чем-нибудь кинем и проверим, – предложила Полина.

Начали с подушек, но они были слишком мягкими и толку было мало.

– А ну выходи! – сердито потребовала мама и как кинет в пианино свою тапку. Тяжёлую. И попала точненько в филёнку – крышку, которая снизу под клавиатурой пианино закрывает. Травмированный инструмент оскорблённо взвыл всеми своими двумястами двадцатью струнами. А филёнка задрожала и со страшным грохотом упала на пол. Бедный Фантик от такого грохота подпрыгнул аж до самой люстры и с испуганным «мяу» приземлился обратно на подушку. Приподушился, значит.

«Ну вы, хозяйки, даёте», – обиженно фыркнул котёнок и ушёл на кухню. Молочка для успокоения полакать.

А соседи, жившие на трёх нижних этажах, тоже взвыли, не хуже пианино, и давай по батареям швабрами колыбельные выстукивать. Все по очереди.

Мышь, однако, так и не появилась.

До самого утра Даша, Полина и мама караулили возмутителя спокойствия, но так никого и не увидели. Лишь настырное шлёпанье, которое начиналось, стоило им только закрыть глаза, выдавало присутствие невидимого гостя.

Утром невыспавшаяся семья хмуро бродила по комнатам. Чтобы как-то расшевелить всех, мама затеяла уборку. Подметая пол, Полина вдруг обнаружила в углу возле пианино какие-то кусочки бумаги. Словно кто-то грыз здесь обои.

– Ага, это точно мышь! – торжествующе проговорила мама.

– Скорее, крыса, – засомневалась Полина. – Вон какие кусищи выгрызла.

– Крыса? – мама даже как-то сжалась вся. – Я всегда считала, что в порядочной квартире крысы не водятся. У нас же всегда убрано, крошек не остаётся, мусор вовремя выносим.

 – Вот она обои от голода и дерёт, – радостно заметила Даша.

– Да зачем ей обои – у Фантика в миске всегда есть чем поживиться! – сказала Полина.

– Ой, а если она всю еду вместо Фантика будет есть, значит, вырастет больше кота и однажды его самого слопает! – Даша на всякий случай взяла котёнка на руки.

– Вот что, девочки, я этого безобразия терпеть не намерена, – решительно объявила мама. – Сейчас же вызываю санэпидемстанцию! Пусть проводят в нашей квартире облаву на грызунов!

Мама набрала номер, но оказалось, что по выходным санэпидемстанция тоже отдыхать хочет и заявление на облавные мероприятия у них смогут принять только завтра.

К вечеру с дачи вернулся папа. И все сразу бросились ему рассказывать про того, кто им ночью спать не даёт. Только у мамы это была всё-таки мышь, правда, размером с кошку, у Полины крыса, с железными зубами, а у Дашки   жуткое привидение. Папа сначала разобраться не мог и всё время переспрашивал.

Но потом подумали, что ночью будет виднее, а точнее, слышнее. И стали с нетерпением ждать, когда загадочный невидимка выйдет на тропу мелкого хулиганства.

Оборону решили держать сразу на родительской кровати. Надев пижамы, вооружились кто чем. Даша взяла веник, Полина длинную палку от папиного турника, мама швабру. Папа, правда, вооружаться долго отказывался, смеясь, что так они мышь до того напугают, что она сразу в обморок упадёт и придётся ему полуобморочную мышь на улицу выносить. Но девочки вручили ему его любимую дрель, которая выла так, словно она не домашний ручной инструмент, а дикая космическая ракета на старте. Дашка предложила ещё на лица зубной пастой разрисовать – для устрашения ночного чудища, но мама сразу отказалась. Такого нерационального использования продукта она допустить не могла.

Аккуратно выключив свет, они укрылись одеялом и затаились. В комнате было тихо. Вскоре стало ясно, что долго так лежать они не смогут. Папе в бок упиралась Полинина палка, а маме в ухо всё время лезли прутики от веника. А тут ещё папа случайно на кнопку дрели нажал, и она как завоет под одеялом! У всех сразу ушли заложило. Хорошо ещё, что сверла в ней не было, а то в ком-нибудь появилась бы лишняя дырка.

– Так дело не пойдёт, – вылез из-под одеяла взмокший папа. – В конце концов, это всего лишь маленькая мышь. Я чувствую себя каким-то клоуном! Я эту мышь голыми руками поймаю, без всякого маскарада!

– А если это всё же не мышь?  – пискнула Дашка.

– Ну привидение, думаю, нас уже испугалось.

– Хорошо, – проговорила Полина, – оставим на всякий случай одну швабру.

Все нехотя согласились и, убрав лишнее, практически безоружные, снова легли на кровать.

На этот раз невидимка не заставил себя долго ждать.

 Шлёп-шлёп-шлёп – послышалось в коридоре.

– Оно, – прошептала Дашка.

Папа сразу вскочил, но мама дёрнула его за рукав:

– Подожди, пусть поближе подойдёт!

Шлёп – тишина.

Шлёп-шлёп – и передышка.

Дождавшись, когда шажки зазвучат у пианино, папа словно проворный леопард, одним прыжком очутился у невинно пострадавшего вчера инструмента.

– Включай! – крикнул он, и свет тут же ударил по глазам.

Беспомощно щурясь, папа оглядывался в поисках следов непрошеного гостя. И тут перед ним предстала следующая картина.

Огромная зелёная муха вяло подлетала на несколько сантиметров от пола и снова шмякалась на брюхо. Шлёп. Чуть взлетит и – шлёп. Видно, к зиме заснуть собиралась, но никак не получалось. Бессонница в этой квартире не только людей мучала.

С кровати её разглядеть, конечно, было трудно, да и искали все кого-то покрупнее. Как же они смеялись! Сонной мухи испугались! Целую операцию по поимке развернули!

Всё-таки не зря говорят, что у страха глаза велики. А подойдёшь поближе – страх-то – он маленький, с муху размером.

А обои, как потом оказалось, Фантик грыз. У него зубы чесались, вот он и безобразничал за пианино. Дашка с Полиной потом его долго домашней крыской звали. Пока он во взрослого серьёзного кота не вырос. А такого уже дразнить как-то неудобно.

 

Галина Ильина

Я НА ОБЛАКЕ ЛЕЧУ

 

Я на облаке лечу,

И от счастья
Хохочу.
А внизу,
И там, и тут,
Люди хмурые бредут.
Я кричу им:
- Улыбнитесь!

Вдруг какой-то
Славный витязь -
Мальчик
С саблей на боку,
Улыбнулся на бегу -
Победить дракона хочет.
Вот и девочка хохочет...

Мамы,
Папы,
Дяди,
Тёти,
И когда же
Вы поймёте –
Не случайно
Солнце светит.
Люди!
Радуйтесь,
Как дети!

 

Екатерина Лазаренко

СТЁПКА И ЛЕСНОЕ ЧУДИЩЕ

 

Хороший был парень Стёпка.

Только вот любил он бумажки и фантики разбрасывать. Дома под ковёр или под диван засовывал. А на улице просто, не стесняясь, бросал, где попало. И никак родителями не удавалось его к чистоте приучить.

Так бы и жил себе Стёпка припеваючи. Только однажды угораздило его в парк с родителями пойти да вдруг потеряться.

Стёпка и сам не знал, как это получилось. Вроде сидели все вместе на лавочке, ели мороженное. Где тут можно потеряться? Стёпка только пару раз и откусил мороженное да бумажку от него бросил. Оглянулся, а на скамейке, кроме него никого! В парке как-то народу поубавилось. Пригляделся Стёпка. Да и не парк это вовсе, а дремучий бор! Как в страшной сказке!

Стёпка не на шутку перепугался. А тут ещё вдруг где-то недалеко заревел зверь.

Рёв то нарастал, то затихал.  Слышать это было страшновато. 

Стёпка решил удрать из этого ужасного места. Дорогу-то домой он и сам без папы с мамой найдёт, а уж из дома позвонит им на мобильный телефон и скажет, что с ним всё в порядке.

Стёпка и сейчас бы им уже позвонил, но у него телефона пока не было.

В общем, Стёпка уже готов был дать дёру, только спрыгнул со скамейки, как тут же перед ним, словно из-под земли, выросло Чудище.

Вид у Чудища был совсем недружелюбный. Оно больше походило на гигантский стог соломы в шляпище. Правда,  у стогов не бывает когтистых зелёных лап, здоровущей пасти с клыками и множества сверкающих глазищ.  К тому же Чудище жутко подвывало.

Ещё секунду назад Стёпке казалось, что он уже не может сильнее испугаться, а тут он был напуган так, что его начала бить дрожь.

Он дрожал так сильно, что деревья стали раскачиваться, а тропинка, на которой стояли Стёпка и Чудовище, подпрыгивать.

— У-у-у!!! — зловеще выло зелёное Чудище и вращало множеством разноцветных глазищ. 

Но ничего не поясняло. Только продолжало подпрыгивать вместе с тропинкой.

— Как на батуте, — вдруг неожиданно для себя подумал Стёпка и перестал дрожать.

И тут зелёное Чудище заговорило. Довольно громко. Человеческим голосом.

— ЧЕГО, ОПЯТЬ ЗАКОЛДОВАЛИ? — спросило оно довольно миролюбиво.

Стёпка отрицательно покачал головой. Говорить он пока не мог. Оказалось, у него пропал дар речи.

— А, ТАК ТЫ НОВИЧОК? — уточнило Чудище, вращая глазищами и постукивая по тропинке левой когтистой лапой.

Стёпка кивнул головой.

— УГУ! —  понимающе гукнуло Чудище.

Скрестило верхние лапы, почесало шляпу,  видимо раздумывая, что со Стёпкой делать, а потом неожиданно строго спросило:

— ХУЛИГАНИЛ?

— Нет, — тихо прошелестел Стёпка.

— ШУМЕЛ? — уточнило Чудище.

— Не-а, — всё еще едва слышно отозвался Стёпка.

— ГНЕЗДА РАЗОРЯЛ, КАПКАНЫ СТАВИЛ? — сурово поинтересовалось Чудище, продолжая вращать глазами.

— Да, Вы что! Никогда!  — уже смелее заявил Стёпка.

Он был рад и тому, что голос к нему уже вернулся, и тому, что Чудище пока не нашло за ним никакой вины.

— НО В ЧЁМ-ТО ТЫ ЖЕ ПРОШТРАФИЛСЯ, РАЗ ПОПАЛ СЮДА! — пробурчало себе под нос Чудовище.

И тут послышался шорох, а за ним шуршание.

Вроде не очень страшно после Чудища. Но Стёпка вздрогнул.

А шорох и шуршание нарастали.

Вскоре на тропинку со всех сторон стали выползать бумажки, фантики, обёртки от подарков.

— А! ТЫ — СОРИЛ!!! — наконец-то сообразило и радостно взревело Чудище.

Вдруг весь дремучий бор засвистел, заскрипел, завизжал.

Со всех сторон стали Бабы-Ёжки, Ведьмы, Кикиморы да Лешие сбегаться-слетаться, из болот, из-под коряг выбираться на дорожку перед скамейкой. Как только они все поместились! А за ними птицы прилетели, вместе с белками на ветках деревьев расселись. Тут и зайцы припрыгали. А за ними и прочие лесные звери собрались.

Такой гвалт поднялся!

 Все вопят, причитают, скрипят:

— Это что ж такое будет!

— Ни днём ни ночью покоя нет!

— Ни почтенья нам, ни уваженья!

— Удержу на вас нет!!!

— Всё,  иссякли наши силушки!!! Терпежу на Вас не наберёшься!!! Чистоты не дождёшься!!!

— Уйдём! Вместе с бором уйдём!!!

Гикнули, свистнули, кто мог, в небо на ступах взлетели, остальные — кто бегом, кто ползком, кто вскачь вдаль унеслись, а могучий бор весь поднялся, корни от земли и бумажек отряхнул, озера, болота да стёжки-дорожки ветвями подхватил и за лесными жителями в ту же даль потопал. Только его и видели.

Стёпка совсем растерялся. Что же это такое здесь творится?!

Даже Чудище и то громыхнуло удивлённо:

— ОПЯТЬ ОБИДЕЛИСЬ? НА ЧТО ЭТО ОНИ?! ДО ЧЕГО ЖЕ НЕЖНЫЕ!

А потом обратилось к Стёпке:

— НУ ЧТО? ЗА РАБОТУ? УБИРАТЬСЯ? ВИДИШЬ, СКОЛЬКО МУСОРА НАБРАЛОСЬ.

И тут Стёпка увидел, что прямо рядом с ним выросла мусорная гора!

Стёпка, как представил, что это всё ему убирать да как закричал:

— Это нечестно!!! Я столько не сорил! Я только одну бумажку бросил!

— ЭТО СЕГОДНЯ ОДНУ! — вполне миролюбиво пояснило Чудище. — А ЗА ГОД СКОЛЬКО ПОЛУЧАЕТСЯ?!

И Чудище протянуло Стёпке перчатки, мешок и грабли.

Стёпка вздохнул. А чего спорить-то, и так ясно, что Чудище правильно говорит.

Ну и принялись они за уборку. В огромные мешки стали складывать бумажки, а к ним прибавились ещё и огрызки, и корки от бананов и апельсинов, и бутылки.

Сколько времени Стёпка с Чудищем всё это собирал, он сам не знал. Только устал очень. Даже спина заныла, как у Стёпкиной бабушки после того, как та в огороде поработает.  Но Стёпка не жаловался. Понимал, что тут и заколдовать могут, если что не так. Вон Бабок-Ёжек одних в этом лесу было десятка два!

В общем, Стёпка граблями мусор сгребает,  а Чудище мусор в мешки  упаковывает. И как только завязывает наверху мешка бантик, мешок исчезает.

В общем, только когда солнце  опустилось к горизонту, управились они вдвоём со Стёпкиной горой.

А как только закончили, то могучий бор вместе с озёрами, болотами и стёжками-дорожками назад вернулся. Аккуратно листву, ветки и иголки расправил. Глядь, стоит, как ни в чём не бывало.

Ну и конечно шум-гам поднялся.  Это Бабки-Ёжки, лешие да прочие лесные жители домой возвратились. Стёпку и Чудище за чистоту благодарили. В озере искупали. Ягодами да вареньем угощали.

Только успел Стёпка спасибо сказать, как уже сидит он опять на скамейке в парке. Не понимает Стёпка, то ли он спал, то ли на самом деле всё было.

Папа с мамой рядом сидят, о чём-то болтают. Будто не исчезали вовсе. А на земле около скамейки бумажка от мороженого валяется. Стёпка со скамейки соскочил, бумажку поднял и в мусорное ведро положил.

Тут мама с папой чуть дара речи не лишились. Но это уже другая история.

Только с тех пор Стёпка больше бумажки не бросает да и другим не даёт. Скажите, страшновато? Вдруг, кто и слово недоброе скажет или ещё того хуже, в драку полезет? Только Стёпка этого не боится. А чего бояться-то, когда за него все жители лесные, да и Чудище  если что, сразу на помощь придёт.

Но иногда Стёпка думает, а можно ли приучить к чистоте без Чудища?

 

Галина Ильина

РАЗНОЦВЕТНЫЕ ЛЮДИ

 

Человек оранжевый -
Полный господин,
Шёл и ел огромный,
С тыкву, апельсин.

А ему навстречу -
Жёлтый мальчуган
Шёл и улыбался,
И жевал банан.

Цвета шоколада
Девушка «плыла»,
Кофе «Капучино»
Медленно пила.

Паренёк зелёный
Хохотал: "Ха-ха!"
Нёс он в сумке киви,
Вместе с фейхоа.

Тётя Дора пела:
- Я – краснее всех!
Ешьте помидоры –
Будет вам успех!

Улыбалось Солнце,
Глядя с высоты:
- В разноцветных людях
Столько красоты!

 

Елена Овсянникова

ТРУДНАЯ ФАМИЛИЯ

  

   С Леркой мы были неразлучны с третьего класса, и нас даже иногда путали: примерно одного роста, обе с длинными, тёмными косами. И имена у нас были созвучны: Лера-Лена.

   Только Лерка всегда выглядела лучше, чем я. И одета была аккуратнее, и причёсана волосок к волоску, а у меня вечно: то блузка из юбки вылезала, то банты на косах развязывались, и ручки мне постоянно попадались дурацкие, пачкались. Поэтому Лерка казалась учителям примерной и старательной, а я разгильдяйкой, хотя учились мы одинаково хорошо, а поболтать на уроках любили обе, правда, я была чуть-чуть смешливее и чуть-чуть болтливее, чем она.

   И ещё мне очень не повезло с фамилией. То ли дело Леркина фамилия - Сергиевская - и звучит красиво, и произносится легко. А моя - Вартересьянц досталась мне в наследство от дедушки, который умер ещё до моего рождения, зато наградил труднопроизносимой армянской фамилией . Так вот, стоило появиться новому учителю в классе, как он, раз запнувшись на моей фамилии, запоминал её сразу. Я даже думаю, что они её дома заучивали специально, чтобы потом не спотыкаться. И потом на уроке, если мы с Леркой начинали шептаться, то замечание звучало так: "Вартересьянц, перестаньте болтать!", как будто я могла болтать сама с собой.

   Но больше всего мне почему-то доставалось от завуча по английскому языку Елены Семёновны. Наша школа была с углубленным английским, и наша завуч говорила по-английски свободно, как на родном русском. Особенно замечательно у неё звучало английское "р". Не всякий англичанин так роскошно прожуёт этот звук, как произносила его Елена Семёновна. Секрет этого превосходного произношения был прост: Елена Семёновна картавила, и её русское "р" было от природы таким же прожёванным, как и английское. Думаю, что из-за этого она с самого начала невзлюбила меня. А ну-ка произнесите мою фамилию с английским "р"! Теперь вы понимаете, как раскатисто и звучно раздавалось на весь школьный коридор : "Вартересьянц, опять опаздываем на урок!", хотя обычно опаздывали мы вместе с Леркой.

   Летом у нас был дневной школьный лагерь. Мы занимались спортом, купались в море, ходили в однодневные походы, смотрели кино. Как-то раз на утренней линейке Елена Семёновна заявила, что отныне те, кто постоянно нарушает дисциплину в лагере, будут строго наказываться.

   В этот день у нас как раз был хор. Мы просто ненавидели этот хор. Нас собирали в душном актовом зале, и мы долго и нудно репетировали под аккордеон учителя пения. Шла подготовка к осеннему смотру художественной самодеятельности. Но заставить нас, возбужденных играми во дворе, сидеть тихо было очень трудно. И учителя надрывали голоса , перекрикивая шум в зале : "Stop talking! Kеер silenсе!". И даже: "Shut up!" - в нашем лагере принято было разговаривать для практики только на английском.

   Пока от зала добивались тишины, мы с Леркой тихонько шептались. Но тут с соседнего ряда нам бросили самодельный конверт. Мы обрадовались и стали тут же разворачивать конверт, а внутри что-то как зашуршит, как зашевелится! Мы, конечно, обе взвизгнули, испугавшись , что там таракан или богомол, и вскочили. стряхивая свёрток на пол. Это оказалась просто "трещотка", сделанная из закрученной резинки и спичек. Но в этот момент раздался рассерженный голос Елены Семёновны, с её замечательным английским "р" : "Вартересьянц! Вон из зала!" Зал захихикал, услышав мою фамилию в исполнении Елены Семёновны. Это рассердило её ещё больше, и она продолжила: "Завтра нарушители порядка будут сидеть до обеда в учительской на диване. Вот один нарушитель у нас уже есть! Слышала, Вартересьянц?"

  Повторного произнесения моей фамилии зал уже не выдержал и разразился диким хохотом.

  Поэтому я не очень расстроилась и вышла из зала даже довольная, что петь мне сегодня не придётся. А на угрозы не обратила особого внимания.

   Но то, что произошло на следующее утро, было похоже на страшный сон. По утрам все отряды выстраивались буквой "П" на школьном дворе. Нам сообщали новости лагеря, потом торжественно поднимали флаг. А в этот день меня и ещё двух мальчиков из старшего отряда поставили в центре перед линейкой на всеобщее обозрение, как злостных хулиганов. Я стояла, опустив глаза, между мальчишками, которые были на голову выше меня, и мне казалось, что все смотрят только на меня и думают: "Какой позор! Девочка-хулиганка! Мальчишки-то - понятно! Но девчонка!" Мне хотелось провалиться сквозь землю от стыда и отчаяния. Разве я хулиганила, чтобы вот так стоять перед всеми, как у позорного столба? Вот мальчишки, стоящие рядом, они, да, скорее всего, настоящие хулиганы. Вон, какие здоровые вымахали. И теперь мне придётся одной сидеть с ними на диване "штрафников" до обеда. Мне хотелось крикнуть : " Я ничего плохого не делала, это случайность!", но я покорно побрела в учительскую отбывать наказание.

   - Что, малявка, расстроилась, давай знакомится, меня Димой зовут, - обратился ко мне один из хулиганов, когда мы уселись на диван.

   - А меня Женей, - сообщил второй хулиган, - ты за что сидишь?

  - Я - Лена из 4 "Б", - пролепетала я, - а разве вы не слышали, как меня завуч выгнала с хора?

  - Нет, не слышали, - ответил Женька, - мы и сидим-то за то, что с хора смылись, а Елена нас поймала.

  Ничего себе! Отпетые хулиганы оказались всего лишь товарищами по несчастью, как и я невинно пострадавшими из-за ненавистного хора!

  -Давайте придумаем, что делать будем, как развлекаться, ведь нам до обеда тут торчать.

-   Может, в города поиграем? - предложил Димка.

  И мы поиграли в города, потом поиграли в "Чепуху". "Чепуха" меня развеселила, и я вполне освоилась в компании мальчишек. А через час мы уже заливались хохотом в учительской, сочиняя марш "штрафников" на мотив песни из старого фильма:

  Не кочегары мы, не плотники,

  И сожалений горьких нет,

  Мы -штрафники, мы люди бедные, да,

  И вам с дивана шлём привет!

  Весь день сидим мы на диванчике,

  Весь день сидим и ждём обед.

  А на обед идём последними ,да,

  А там обеда больше нет!

  Мы представляли, как отсидев на диване, мы выйдем на улицу и споём этот марш, и какие лица при этом будут у наших преподавателей.

   Потом мы обнаружили в углу пачку старой конторской бумаги и стали мастерить из неё самолётики, а потом Женька научил меня делать бумажные кораблики . Мы и не заметили, как подошло время обеда, и нас, наконец, выпустили на свободу. В столовую нас отправили после всех, и по пути мы всё-таки спели наш марш "штрафников", только нас никто не услышал: все уже разошлись после обеда. Когда я вышла из столовой, Лерка бросилась ко мне с объятиями:

  - Как ты? Я чуть с ума не сошла, так переживала. Ты очень расстроена?

   - Что ты, нам было так весело, что я могла бы ещё сидеть и сидеть на диванчике, - ответила я и спела марш "штрафников" лично для неё.

  - Ух ты, - восхитилась Лерка, - жаль что меня не было с вами, а то скучала весь день.

   - Зато я теперь умею делать бумажные кораблики.

   - Вот здорово, а меня научишь?

  И я её научила, и мы с Леркой стали производить бумажные кораблики в огромных количествах. А потом тайком убегали за ворота школы к гостинице, возле которой был фонтан. Мы забирались в фонтан и пускали там наши бумажные кораблики. А потом мы попались, потому что однажды фонтан включили, а мы были в фонтане и не успели вылезти, и вымокли с головы до ног.

   И, что удивительно, нас за это не наказали, потому что Елена Семёновна ушла в отпуск, и больше никого не наказывали. Мы с Димкой и Женькой оказались единственными штрафниками в лагере. А ещё Димке понравилось писать стихи, и он написал песню о нашем лагере, которую вся школа пела на конкурсе художественной самодеятельности.

   А после, когда мы случайно встречались на переменах с Женькой и Димкой, они всегда мне понимающе подмигивали, как бывшему товарищу по несчастью.

Наталья Иванова

ТЕПЛЫЕ СЛОВА

 

Мама вечером вздыхает:

"Мир неласков и суров.

Ох, сыночек, не хватает

Мне простых и тёплых слов!"

Подбираю я скорее

Маме тёплые слова:

"Одеяло, батарея,

Шапка, варежки, дрова".

Замелькал весёлый лучик

В глубине любимых глаз.

Значит, маме стало лучше –

Я её от грусти спас!

 

Лада Кутузова

СЕКРЕТ БАБОЧКИ

 

- Ли-за, Ли-за, оглохла ты что ли? - надрывалась из окна бабушка. - Иди домой, суп стынет.
Маленькая девочка лет шести упрямо делала вид, что не слышит раздраженный бабушкин голос, и зачарованно смотрела вверх. Там, на фоне серых хрущевок, боролась с ветром белая бабочка. Лиза достала из кармана затасканный журнал и нашла нужную страницу. "Капустница", - определила она. Читать она не умела, но все названия были выучены наизусть.
- Лизка, да что это такое? Я сейчас соседку попрошу спуститься за тобой, - баба Надя рассерженно застучала по окну костылем.
Лиза покорно поднялась на третий этаж. Дверь открыла бабушка:
- Не дозовешься тебя. Марш руки мыть.
Бабушка, тяжело опираясь на костыли, прошла в комнату. Лиза мыла руки и думала: "Интересно, а если сильно махать руками, полетишь? Или если с пригорка разбежаться?"
Она села за стол и начала медленно водить ложкой по тарелке. В дверь раздался звонок - пришла соседка баба Тамара. Бабушка сразу же поставила чайник и достала конфеты.
- Я все смотрю на девочку вашу, так Лизоньку-то жалко, худенькая она у вас, - завела привычный разговор баба Тома. - Ей бы летом не в Москве сидеть, а за город бы поехать.
- Дак на какие шиши? Я ж ее одна и тяну.
- Верка-то совсем не помогает?- баба Тома неодобрительно поджала губы.
Лизе стало смешно: недовольная соседка стала похожа на маленькую юркую ящерицу, которую Лизка видела по телевизору в передаче о животных.
- Где ей помочь? Она, вон, даже Лизкино свидетельство никак не восстановит. А самой мне как до загса дойти? Я еле до магазина-то доползаю. Я уж ей говорила, что надо девку в садик отдать. Там и покормят, и присмотрят за ней. Скоро ведь в школу идти...
Бабушка тяжело вздохнула и продолжила:
- Придет на несколько дней, отлежится, отоспится и снова к приятелям своим смотается. Всю душу девке вывернула. Эта ж не соображает, что не нужна мамке своей, ждет ее. А Верка, вот дура, прости Господи, наобещает с три короба и снова пропадает.

Лиза не все понимала, что говорит бабушка, но жалела ее. Бабушка была совсем старенькая, плохо ходила и все время то ворчала, то жаловалась. Она прошла в свою комнату и открыла журнал. Эту книжку подарила мама, та самая Верка, которую баба Надя назвала дурой. Лиза рассматривала страницы, на каждой из которых была изображена бабочка, и понарошку читала: "Бабочка монарх - самая красивая и удивительная бабочка. Каждую зиму она пролетает тысячи километров на зимовку в Мексику". Это было единственное, что запомнила Лиза из текста, сопровождавшего изображение бабочки с рыжими крыльями, окаймленными широкой траурной полосой с белыми горошинами. Тогда мама весь вечер читала ей журнал, и Лизе хотелось, чтобы день не кончался. Она все задавала вопросы и про необычную Мексику, и про тысячу километров: много это или мало? Мама же не отмахивалась, как обычно, а рассказывала о загадочной стране, в которую из далёкого далёка прилетают бабочки. Так много, что из-за них не видно неба. "Жаль, что никогда не увижу", - Лиза закрыла журнал,  убрала под подушку и побежала гулять.

На улице светило солнце, Лиза вышла во двор. Там уже гуляли соседские девочки. Недавно вернувшаяся из каких-то южных стран Светка хвасталась:
- А мне мама обещала новую куклу купить. Она как настоящая. У нее  глаза огромные, а волосы очень длинные. Она супер.
У Светки имелась противная привычка постоянно добавлять словечко "супер", показывая таким образом, что у нее все самое лучшее. Лиза не выдержала Светкиного бахвальства и влезла в разговор:
- Зато мне мама подарит бабочку, самую настоящую. Она большая, даже в ладонях не помещается.
- Врешь ты все! У тебя и мамы-то нет, - усмехнулась Светка.
Со скамейки, стоявшей неподалеку, раздался резкий голос:
- Девочка, девочка, отойди от моей дочери. Светик, не разговаривай с ней.
Лиза услышала, как Светкина мама говорит своей приятельнице вполголоса: "Господи, нарожают же всякие и всяких. Страшно за своих детей становится".
Лиза смотрелась дома в зеркало и не понимала, почему она всякая. В отражении она видела худенькую девочку с неровной стрижкой под горшок, немного бледную, с синяками под глазами. "Нормальная я девочка, - успокаивала она сама себя, - все на месте, даже язык имеется". Лиза показала язык отражению и достала журнал. "Интересно, а бабочка может жить в квартире? - размышляла Лиза. - А чем она тогда питаться будет? И еще, как такая хрупкая бабочка может так долго лететь? Далеко-далеко, за тридевять земель. Может, она знает какой-то секрет? Вот бы мне узнать его. Тогда я бы взмахнула руками и тоже улетела далеко-далеко в загадочную Мексику. И порхала бы с бабочками". Лиза закрыла глаза и стала мечтать. Когда баба Надя заглянула в комнату, она уже спала.

...Близился новый год. Бабушка Надя уже целый месяц закупала понемногу продукты. Лиза в предвкушении разглядывала блестящие банки со шпротами, оранжевые мячики-мандарины и конфеты в праздничной обертке. Баба Тома, приходившая накануне, сказала, что на Новый год надо обязательно загадывать желание, и оно непременно сбудется. Правда, бабушка Надя сразу же разворчалась, что баба Тома - еще одна сказочница, и что новогодние желания - это все ерунда. Но Лиза решила про себя, что когда бабушка ляжет спать, она обязательно загадает самое хорошее желание, ведь новогодняя ночь самая волшебная. Вечером к ним пришла баба Тома,  и они сели праздновать. Потом соседка ушла к своим, а баба Надя погасила свет, чтобы не тратить электроэнергию. Лиза дождалась, когда с бабушкиной постели раздастся раскатистый храп. Она осторожно пробралась на кухню и распахнула окно. Холодный ветер ворвался в квартиру, Лиза поежилась. "Хочу стать бабочкой", - загадала она желание и собралась взлететь. "Надо прыгнуть и сильно-сильно замахать руками, и тогда они превратятся в крылья". В этот момент с морозной улицы к ней в руки опустилась огромная оранжевая бабочка. Лиза замерла, стараясь не спугнуть красавицу. "Монарх, - восхищенно выдохнула она,- прилетела ко мне за тысячи километров из самой Мексики". В дверь раздался требовательный звонок, потом еще один. Заспанная бабушка открыла дверь, на пороге стояла мама.
- А я ведь Лизоньке бабочку несла, а перед самым домом поскользнулась и выронила коробку. Улетела бабочка, так обидно.

Верка хотела еще что-то сказать, но увидела дочь, держащую в руках монарха.

Она всхлипнула и добавила:

- С Новым годом, доченька.

- Мам, прости меня, дуру.

Далеко-далеко, в загадочной Мексике миллионы бабочек (так много, что и представить страшно) закрывают небо своими крыльями.

Галина Ильина

АФРИКАНЫЧ

 

Тротуару стало жарко.
Лето!  Знойная пора!
Солнце светит  ярко-ярко
Прямо с самого утра.

И не едет поливалка -
Поломалась. Чья вина?
Ах, как жалко! Ах, как жалко!
Позову-ка я Слона!

- Африканыч,  помогите -
Освежите тротуар.
От жары его спасите -
Близок солнечный удар!

- Помогу я, если хочешь,-
Африканыч отвечал,
И с утра до поздней ночи
Тротуар он поливал.

Васильковою водою
Обливал людей-зевак.
Ароматною волною
Накрывал, шутя, собак...

И примерно через сутки,
Словно звёздочки Земли,
Васильки и незабудки
На асфальте расцвели!

 

Юлия Иванова

ОПЕРАЦИЯ «КОНФЕТА»

 

Жил в одной обычной квартире замечательный хомяк. Имя у него было солидное – Хомус, потому что он умел важно надувать щёки и, по возможности, живот.

Однажды Хомусу очень повезло: закрывая его клетку на ночь, хозяин забыл запереть её на замочек. То есть, чтобы открыть дверцу, нужно было ее лишь немножко подтолкнуть, что Хомус с удовольствием и сделал. И отправился гулять по тихой, ночной квартире. А целью его прогулки было одно чудесное место, самое привлекательное место в квартире – кухня.

Нельзя сказать, чтобы Хомус недоедал. Наоборот, его кормили обильно и сытно, но, заботясь о его здоровье, хозяин зорко следил за тем, чтобы хомяк налегал на витамины, а всякие вкуснейшие вредности ни в коем случае не допускались.

Хозяин говорил так:

- Ты, Хомус, из семейства «недолгожителей», мы не можем рисковать твоим здоровьем, - и тут же, при хомяке, засовывал шоколадную конфету себе в рот. И сколько бы Хомус не строил глазки ему, или другим обитателям квартиры, шоколадными конфетами его не угощали. Максимум, что ему доставалось – это малюсенький кусочек сыра.

А Хомус был твёрдо уверен, что именно шоколадные конфеты – самая вкусная вещь на свете. И вот, сегодня настал момент, чтобы в этом убедиться.

Итак, хомяк проскользнул на кухню, двигаясь осторожно, вдоль стеночки, как заправский воришка. На кухне, разумеется, не горел свет, как и во всей квартире. Но того лунного света, что проникал в кухню через окно, было вполне достаточно, чтобы обнаружить главное – конфеты лежали в вазочке на столе.

Но вот задача: как их достать?

Залезть по скатерти, что вообще-то для хомяка сущие пустяки? Да, мысль неплохая, но, к сожалению, скатерти здесь не было. Мама-хозяйка стелила скатерть только по праздникам.

Может быть, Хомус забрался бы и по деревянной ножке стола, цепляясь коготками, но вот беда – стол был металлический. Ножки его были прохладными и гладкими, и зацепиться было совершенно не за что. Стулья тоже были модные, складные, и для экономии места на кухне после еды их складывали и ставили в рядок около стены.

Хомус уселся посреди кухни и задумчиво глядел на недоступное лакомство.

Как же его достать?

Не допрыгнуть, не забраться… А что, если построить башню? Ммм… идея не плохая, но вот из чего? Пожалуй, стоит порыскать по квартире.

И Хомус немедленно отправился на поиски подходящих предметов для строительства.

Он достал тапочек, и ещё тапочек, и ещё один, и ещё.  Положил их все друг на друга, но, конечно, этого оказалось недостаточно. Башня получилась невысокой.

Хомус отправился рыскать дальше.

Ему удалось достать несколько больших деталей от конструктора, мятую газету и мобильный телефон. Хомяк постарался уложить всё это на тапочки, чтобы башня не рухнула, и у него это получилось после нескольких попыток. Но до конфет было ещё далеко.

Пришлось продолжить поиски. В ванной комнате он нашёл кусок мыла, а в прихожей баночку с обувным кремом и губку для обуви.

Оставалось совсем чуть-чуть, чтобы хомяк дотянулся до стола. Башня раскачивалась и грозила рассыпаться, но Хомус твёрдо решил достичь своей цели.

Спичечный коробок и даже такое сокровище, как засохшая хлебная корка пошли в дело.

Башня дотянулась до стола, и Хомус почти добрался до шоколадных конфет! Добыча была уже так близко, но хомяк немного поторопился и совершил роковую ошибку. Он прыгнул вперед, не заботясь о том, что будет с башней. А она не замедлила обрушиться на пол с оглушительным шумом. Особенно звонко шмякнулись об пол жестянка с обувным кремом и мобильный телефон.

Конечно, такой обвал разбудил весь дом. Не прошло и нескольких секунд, как в кухню ворвались все обитатели квартиры: папа-хозяин, мама-хозяйка, и все остальные, заспанные, встревоженные и ничего не понимающие. И что же они увидели?

По полу были рассыпаны самые разнообразные предметы совершенно не кухонного предназначения: тапки, конструктор, спичечный коробок и прочее.

Несчастный Хомус, сидя в вазочке с шоколадными конфетами, пытался запихнуть за щеку одну из них, даже не сняв фантика. Она не влезала, но Хомус упрямо пробовал снова и снова.

- Куда? – завопил хозяин. – Подавишься!

Он подскочил к столу и одним ловким движением вырвал из лап хомяка добычу. Вторым ловким движением он подхватил Хомуса на руки. Но и наш хомяк был не промах, он не собирался упускать свой шанс. Вцепившись в другой фантик мёртвой хваткой, он решил пасть смертью храбрых, но не выпустить конфету из лап.

- Интересно, зачем это Хомус устроил тут такой беспорядок? - спросила мама-хозяйка, внимательно осмотрев кухню.

- Известно зачем, - ответил её сын Костя. – Вон как вцепился в конфету. Он давно у меня её клянчил.

- Ну, я считаю, - сонно сказал папа-хозяин, - что раз уж наш хомяк проявил такие чудеса ловкости и изобретательности, и смог забраться на стол при помощи всех этих предметов, значит, он заслужил как минимум одну конфету.

При этих словах Хомус приободрился и ещё важнее надул щёки, чем обычно.

- Но, пап, а как же витамины?  - растерянно спросил его сын.

- Витаминами угостишь его завтра, а сегодня пусть наслаждается, - благодушно ответил папа. – Я бы так поступил. Но решать, конечно, тебе. Это же твой хомяк.

 - Пойдёмте спать, - закрывая на ходу глаза, сказала мама-хозяйка. И добавила, обернувшись к сыну:

- Но если ты будешь давать ему конфету, сними фантик, чтобы он не шуршал.

Родители ушли, а хозяин Костя внимательно посмотрел на Хомуса, на конфету, на беспорядок и сказал:

- Ну вот, что, дружище. Конфету поделим пополам: половину тебе за упорство, а половину мне, за то, что завтра буду тут всё за тобой убирать.

Он снял фантик и честно поделил конфету. А потом посадил хомяка обратно в клетку, не забыв запереть её на этот раз, и отправился в постель – досыпать. Счастливый Хомус забрался в свой домик, чтобы насладиться законной добычей – операция «Конфета» завершилась успешно.

Эта самая конфета, между прочим, оказалась очень вкусной!

 

Поделившись с друзьями, вы помогаете нашему движению "Мы - Дети книги!"
Прочитано 310 раз

Последнее от Татьяна Шипошина. * Главный литературный редактор МТО ДА

В ВАШИХ РУКАХ ВСЁ - ОТ РАЗВИТИЯ САЙТА ДО НОВЫХ КНИГ

Информация для истинных почитателей детской литературы

Комментарии (0)

Здесь ещё нет оставленных комментариев.

Оставьте Ваш комментарий

Добавление комментария от гостя. Зарегистрируйтесь или войдите в свой аккаунт.
Вложения (0 / 2)
Поделитесь своим местоположением